Творец бессмертия, или Исповедь гения

Их, людей умных и действительно влиятельных, ничуть не задевает, если их не узнают в лицо и не кидаются под ноги за автографами. Им это столь же безразлично, как нам мнение о нас муравьёв! Ведь мы и без муравьёв знаем, чего мы стоим!

Унаследовав от предков огромные богатства, и даже приумножив их, заручившись благоволением своей фортуны, властелины мира всего лишь завистью своего окружения и покорностью вечно темных народов вознесены на вершину земной власти.

И власть их над нами столь огромна, что они почти по праву считают себя богами.

Но чтобы совсем уж слиться с богами, чтобы подняться на их божественный уровень, им недостаёт сущей малости – бессмертия!

Это препятствие их особенно волнует! Они давно стремятся его преодолеть, принимая для того самые значительные усилия во всех направлениях. А уж в случае успеха, я вполне уверен, с новой энергией развернут свои главные и еще более чудовищные эксперименты над планетой, оказавшейся в их полном распоряжении.

Ведь они, новоявленные боги, станут совсем уж не доступны для суда людей!

Мне об этом известно столь много, что самому становится подчас и смешно, и грустно.

Смешно, поскольку все представления населения о высшей власти на Земле никак не соответствуют действительности. А грустно оттого, что реальность нынешняя и, особенно, ее перспективы, вынашиваемые в тех высоких головах, значительно сложнее и страшнее, нежели представления несведущего населения о своём счастливом будущем.

Но о страшных перспективах люди стараются не думать, надеясь на лучшее, а потому, не работая на упреждение, оставляют эти перспективы на совсем уж несладкий десерт.

Глава 2. В начале пути

Когда-то я был молодым, здоровым и сильным! Одновременно я был и весьма тщеславным, самоуверенным и в меру самовлюбленным. Я интересовался всем и вся на свете и потому всё, как мне самому представлялось, знал и понимал – якобы глубоко и правильно! И самым наивным образом полагал, будто мои многочисленные достоинства непременно и автоматически поднимут меня на самый верх общественной пирамиды, чего я, безусловно, вполне достоин.

А уж, выбравшись на верхотуру, я, имея все основания не считать себя моральным уродом, гребущим всё только под себя, смогу принести пользу и своему народу, и стране, чем и обрету заслуженную к тому времени и славу, и почёт.