Девять миров свободы

В получасе езды от автострады мы обнаружили затерянный среди лесов и скал небольшой приморский город. Километрах в тридцати от моря, на достаточно большом расстоянии от ближайшего населенного центра. Система напоминала специально изолированный вольер, созданный неведомыми, но могучими силами. Наши приборы выдали серию бешеных сигналов, едва антенны повернулись в ту сторону. Поселение производило впечатление, что его намеренно спрятали от любопытных глаз: живописные ущелья и взгорья защищали его со всех сторон.

Издали место казалось мирным и уютным, но вблизи представилось нам мрачным и запущенным. Навстречу не попадался транспорт, хотя справа и слева мелькали дома, а некогда целая бетонная дорога едва проглядывала сквозь раскисшую землю. Пришлось сбросить скорость. Авто тяжело переваливалось с боку на бок, минуя глубокие ямы и островки грязи с чахлой травой. Мы целенаправленно двигались через все поселение, пытаясь понять, как и зачем там живут люди. Наконец мы оказались в центре этого городка.

Дома вдоль дороги производили гнетущее впечатление. Каждый третий казался заброшенным, неряшливые заборы щерились сломанными досками. Тряска становилась все сильнее – мы подъезжали к небольшой площади. То, что некогда красовалось яркими фасадами, сейчас облупилось и потемнело. Больница, школа, остатки каких-то мемориалов. Сохранились надписи на заколоченных дверях – вот и вся память о царившей здесь некогда жизни. Тем неожиданней было встретить несколько неповрежденных и почти опрятных зданий.

Казалось, заботливый хозяин уехал пару дней назад, аккуратно заперев двери на замки. В нескольких окнах, прикрытых ставнями и тканью, горел свет. Впрочем, никто из нас не решился заглянуть «на огонек».

Приборы указывали вглубь поселения, туда мы, собственно, и отправились по каменистой тропе. Машина жалобно заурчала, поворачивая на разбитую каменную дорогу. Дома слева и справа приобрели зловещий вид. Запустение подсказывало, что здесь давно никто не жил, но нас не оставляло ощущение, что из окон за нами наблюдают чьи-то недобрые глаза.

Машина тягостно взбиралась на горку. Наконец поселок скрылся, и тут же Лори испуганно вскрикнула. Впереди, на небольшой поляне под раскидистыми деревьями рыли копытами землю три могучих ухоженных быка. Звери казались раздраженными, раздували ноздри, из-под тяжелых надбровных дуг сверкали темные глаза. В эту секунду труд Исследователя не показался нам таким уж привлекательным.