Женаты поневоле

 – Так что, как видишь, вариантов у тебя два – либо перестать невнятно блеять и отыскать яйца, которые ты подкатил к моей дочери, либо… У твоего отца ведь два сына?

– Вы мне угрожаете?

– Нет, Мирон, я тебе на пальцах объясняю, что теперь твоя святая обязанность – трахать только мою дочь, твою законную супругу. Причем делать это желательно качественно, потому что мне нужен наследник, – раздраженно цедит мужик.

– А если девочка получится? – ляпаю, пока в мозгах крутятся шестеренки.

– Значит, будешь стараться, пока пацан не получится! – рявкает тесть.

 – Хватит с меня баб. Одна вон вымахала, так от нее одни проблемы. И да, свадьбу все-таки сыграть придется. Естественно, в прессе осветят, что вы были тайно влюблены, и прочую розовую чушь, поэтому и поженились тайно.

– Вообще-то я еще не давал согласия, – замечаю между делом.

– Правда? А я, кажется, и не спрашивал его. Все, свободен.

И, словно по волшебству, дверь открывается, а на пороге появляется все тот же лысый шкаф.

– Иди, Гоша доставит тебя домой.

Так и быть – сегодня приходи в себя, а завтра – встретишься с супругой. Займетесь делом, наконец.

Я настолько в шоке, что беспрекословно подчиняюсь и выхожу из кабинета. Так же молча иду за Гошей, сажусь в автомобиль и всю дорогу кручу в голове только один вопрос – как? Как я, черт подери, вляпался во все это?!

– 7 Мирон -

Меня действительно привозят ко мне домой. Я настолько оглушен случившимся, что просто выхожу из машины и даже не оглядываюсь на охрану Барского.

Первое, что делаю у себя – иду в душ. Долго-долго стою под холодными струями, чтобы осознать и принять ту задницу, в которой оказался.

Голове легче, и необходимости в обезболивающем уже нет. Но вот настроение – ниже нуля.

Включаю телефон, а там – тридцать пропущенных от Валеры и остальных.

И тут до меня доходит, что если бы не розыгрыш этих придурков, я бы не оказался со штампом в паспорте.

Матерюсь долго и с чувством. Надо же так встрять!

Первое желание – позвонить Хохловскому и высказать этому убогому все, что думаю.

Но выглядеть идиотом тоже не хочется. И пока борюсь с этим подступающим желанием накостылять Валере, раздается звонок в дверь.

Для полной картины это должен быть кто-то из нашей тусовки. Резко открываю дверь и удивленно замираю.

– Отец?

– Здравствуй, сын, – весомо произносит тот и вопросительно приподнимает бровь. – В квартиру-то пустишь? – спрашивает, когда я надолго зависаю в своих мыслях.

– Да, конечно.