В его власти

Очень-очень-очень страшно.

Конечно, я очень хочу держать лицо и быть смелой, как папа. Но еще я хочу выжить. И очень не хочу умирать.

Да никто не хочет!

И, кажется, сейчас моя гордость падет жертвой банального выживания.

– Ну так что? – глумится Терехов. – Готова остаться здесь навсегда, лапуля?

– Ты об этом еще пожалеешь, – мрачно обещаю. – Даже если ты вынудишь меня сделать все, что тебе захочется, я вернусь и отомщу.

Он делает ко мне шаг, а я интуитивно отшатываюсь и почти заваливаюсь обратно на спину, но Семен успевает схватить меня за куртку и удержать.

Между нашими лицами едва ли несколько сантиметров. Освещение тут, прямо скажем, не очень. Но даже в таком полумраке я отчетливо вижу холодное удовлетворение в его взгляде. И от того, что оно выверено до миллиметра, мне еще страшнее.

– Нет, Та-ня, это я отомщу тебе. Поверь, я долго этого ждал. И теперь получу с тебя все сполна…

Считав мою реакцию и победно ухмыльнувшись, мужчина резко отстраняется, а затем так же резко подхватывает и закидывает к себе на плечо.

– Тебе предстоит много работать, – многообещающе заявляет и со всей дури припечатывает своей огромной лапищей меня по попе. – Отдыхай пока.

А затем куда-то несет…Продолжение завтра

– 7 Таня -

Висеть вниз головой – то еще удовольствие. Но вместе с этим мне не нужно самой продираться по этим сугробам – а это несомненный плюс. Вдобавок мы, судя по всему, возвращаемся к домику, где будет тепло.

На этом положительные моменты заканчиваются.

Я так замерзла, что соображаю слегка обрывочно.

И потому никак не могу ухватить мысль – что там за месть планировал Терехов? Узнал, что это я сдала те документы? Но как? Мне обещали, что никто не будет в курсе. А выходит, что кто-то слил?

И если Семен все это время продумывал месть мне, то дело становится куда хуже. Хотя… Он – беглый преступник! Куда еще хуже?!

Я, кажется, совсем перестаю чувствовать ноги. Голова становится тяжелой, от постоянного висения ею вниз. А еще мне холодно.

Все, что я вижу – снег, ветки и ноги.

Ноги Терехова.

Черт, ну, вот почему он? Почему именно он оказался таким вот беспринципным гадом? Ведь красивый же мужик. Харизматичный.

Когда я увидела его впервые, аж дух захватило.

Большой, широкоплечий, с таким взглядом, что… Подруги когда-то что-то болтали про то, что трусики там от кого-то мокнут.

Вот у меня от него намокли. Я и согласилась-то отчасти именно потому, что это был шанс побыть рядом. Потрогать, почувствовать.