Хроники Астера. Трилогия

Конечно, не у всех она была одинаковой. К примеру, Лаванда стремилась к кузнецу. Не спорю, посмотреть на легендарного Одинокого Коваля хотелось всем, но наша основная задача – встретиться с Леонардом. Надежда, что он жив, никогда не угасала в моём сердце. Сами посудите, минуло две недели, и я готов прошерстить весь Тутум лишь бы отыскать его. На ловца и зверь бежит: нам повстречался Рифус.

Признаюсь, я сильно соскучился по язвительному старику. Поскорее бы потолковать с ним о браслете Власти. Нет, не подумайте, что меня волновало только возвращение на родину.

Я всеми фибрами души желал защитить Тутум с его разнообразными народами, уберечь Хани, Фонаря, Тетёху, а уж потом отправиться на Землю… Эх, будешь, Филя, на собеседования ходить.

Договориться бы ещё с магом о переносах сюда, чтобы навещать новых друзей время от времени. Насколько это реально?

Что-то я замечтался, будто браслет Власти давно болтается у меня на руке, а Страшный-И-Ужасный обезврежен. А ведь сделана лишь малая часть.

Сколько ещё потребуется приложить усилий? Я думаю…

– Долго ещё? – устало спросила Хани, отвлекая меня от наполеоновских планов.

– Э-э-э… – Я повернулся за поддержкой к Рифусу.

– Наверное, дня два. Вон за теми тремя холмами начинается Тёмный лес, – блондинчик указал направление, – не самое спокойное место на Тутуме.

Хани и Лаванда взволнованно заёрзали в сёдлах после его слов.

– Быть того не может! Наш красавчик боится змей и жуков? Адская смесь! – злобно хмыкнул барон.

 – Дамы, не беспокойтесь, рядом четверо крепких мужчин.

Близнецы бесстыже захохотали, поняв, к чему клонит Фонарь. Рыжая с феей тихонько хихикнули. Я, как ни старался сохранить нейтралитет, не выдержал – улыбка предательски поползла вверх.

Задетый за живое, Рифус нахмурился.

– Полагаю, ты неправильно сосчитал! Ты ведь хотел сказать пятеро?

– Что хотел, то и сказал.

С этими словами довольный Фонарь пришпорил коня. Если честно, я ожидал чего-нибудь подобного – за время путешествия Рифус с Жорой уже несколько раз грызлись из-за пустяков.

– Не унывай, мой утончённый друг, он пошутил, – заверяла Лаванда, хлопая длинными ресницами. – Хотя тебя тяжело представить в бою. С виду ты женственный и, по-моему, просто не создан для насилия.

– Вероятно, ты права, – подумав, согласился парень.

Он решил сохранить достоинство – сделал вид, что ничего не произошло. Но я был уверен, неприятный осадок остался в душе. Не мог не остаться.