Внебрачный сын мэра

Да и кто бы захотел добровольно вырвать себе сердце и со всей дури шмякнуть об острые валуны?

– Не было времени, Леш. Нужно было заниматься сыном.

Я специально не говорю «нашим», потому что не хочу портить вечер. Что было, то прошло. Нужно хотя бы попытаться нормально общаться, если уж теперь Алексей имеет прямое отношение к университету.

После ресторана мы идем на набережную прогуляться. Я немного ежусь от порывов ветра, и Алексей, видя это, заботливо набрасывает мне на плечи пиджак. Он теплый и пахнет им. Воспоминания накатывают на меня волнами, сердце вновь сбивается с ритма.

Будто и не было этих лет. Но мне нужно помнить, что они были.

– Нравится работать в университете? – спрашивает Леша.

– Очень. Обожаю своих ребят. Такие умные, открытые, деятельные, честные. С каждым праздником меня поздравляют, представляешь?

– Ну отчего не представить? – посмеивается он и смотрит так, что сердце сжимается.

Что это? Смена обстановки? Другой город? Почему так екает сердце? Ведь есть же у меня гордость, чувство собственного достоинства… Так как поступил с нами Алексей, не прощают.

И я была уверена, что не прощу, а сейчас…

– А ты почти не изменился. Разве что глаза другие.

– Какие другие? – щурится бывший муж.

– Холодные, Леш. Жизни в них мало.

– Так и повод есть, Варя, – отвечает он, припечатывая меня взглядом. – Опыт даром не проходит.

Мы возвращаемся в отель, когда темнеет. Алексей выходит из лифта на моем этаже, говорит, что проводит до номера. От волнения пальцы ходят ходуном.

Что происходит между нами? Он такой галантный, совсем как раньше, хотя глаза по-прежнему мертвые.

– Спасибо тебе за прогулку, – говорю я, теребя в руках ключ-карту. – И за ужин. Хорошо было просто поговорить.

– Да, хорошо, – медленно произносит Алексей и вдруг делает шаг мне навстречу.

Его запах окутывает меня за секунду, лишая кислорода. Дыхание, тяжелое, мятно-кофейное ударяет в щеку и сползает к шее.

– Леш… – растерянно шепчу я, упираясь ладонями ему в грудь. Она у него твердая и очень горячая.

– Что? – переспрашивает он, а в следующую секунду его губы яростно впиваются в мои.

Начинает кружится голова, и даже ноги подкашиваются. Руки, висящие вдоль тела, самопроизвольно взлетают и обнимают его плечи. Я не хочу отвечать на его поцелуй, но тело мне не подчиняется. И я целую его так же жадно, как он меня. Не могу себя контролировать. Все в нем мне так знакомо: его тело, его губы, его запах. Такое родное, несмотря на годы врозь.