По субботам до обеда

Ее больше волновало другое:

– А как вы вошли? Разве у тебя есть ключи?

– Твой замок для Миши не проблема.

– Его любой первоклассник вскроет, – именинник усмехнулся и приобнял девицу, открывшую Лене дверь.

В Федоровой закипала злость.

Рома посмотрел на авоську с картошкой, которую хозяйка квартиры все еще держала в руках, облизнулся и попросил:

– О, может, картошечки нажаришь? Ребята, Ленка так классно картоху жарит! Объедение!

– Нет, – твердо сказала Лена, отказывая, наверное, первый раз в жизни.

– Не хочешь – не жарь, – немного расстроился Роман.

– Я не хочу, чтобы у меня праздновали Мишин юбилей. Я не хочу видеть здесь посторонних гостей! – голос Федоровой звучал все громче, и, не в силах сдержаться, она перешла на крик. – Мне такие сюрпризы даром не нужны!

Роман не хотел позориться в день рождения кореша:

– Кисуля, тебе надо успокоиться. Мы пойдем в другое место. Я позже зайду.

– Уходи. Уходите все! Вон!!! – разоралась Лена и дернулась в сторону Романа, чтобы дать ему хорошего пинка.

Тот проворно выскользнул из кухни и раздосадовано скомандовал:

– Ладно, ребят, собираемся. Продолжим банкет в более дружелюбной обстановке.

Разгоряченные гости собрались за пару минут и, смеясь и обнимаясь, отправились на поиски новых приключений. Рома, выходя из квартиры, оглянулся на застывшую у входа на кухню Лену и добавил:

– Да кому ты такая нужна…

Роман с Романом подошел к логическому завершению.

Дверь закрылась. Леночка резко разжала руку, уронив пакет из магазина прямо на проходе, и заплакала то ли от облегчения, то ли из-за оскорбления – неприятного, но закономерного.

Кое-как успокоившись, Лена тоскливо огляделась: гора немытой посуды в щербатой от сколов раковине, пожелтевшие от времени обои, облезлый линолеум, старенькая расшатанная мебель, скрипящий шкаф со сломанной дверцей, замотанный изолентой кран, из которого постоянно капает вода, и каждая капля эхом разносится по квартире.

– Шутки кончились! Надоела эта неустроенность! Возьми себя в руки и прекрати ныть! Пора все менять! Сколько еще пинков судьбы я должна вытерпеть, чтобы понять это? – громко и убедительно высказала сама себе Леночка.

Подойдя к зеркалу, она погрозила пальцем своему отражению, красному и отекшему от слез, и отчеканила:

– Завтра с утра ты подольше поваляешься в постели, немного опоздаешь на работу, купишь вкусную шоколадку к кофе. А затем ты будешь бороться с хандрой и начнешь новую жизнь.