Воровка для мажора

Видя, что я не в настроении, она удалилась, а я, сделав еще один круг по залу, незаметно подошел к девушке в красном и прошептал, над самым ухом:

– Идем, детка.

Глава 7. Артур

Трудно сказать, понравился ли я этой шалаве. Так-то я обычно о таких вещах никогда не задумывался, а вот сегодня… Сегодня почему-то захотелось произвести впечатление. Я поймал взгляд длинноволосой блондинки и вдруг понял, что она как будто и не в восторге от моего общества. Ее брови нервно дернулись, а мордашка вытянулась.

Прехорошенькая мордашка кстати. Чем больше я на нее смотрел, тем больше она мне нравилась. Хотелось поднять руку и потрогать губы и подбородок.

В то же время девушка явно была удивлена и растеряна. Поэтому, когда я понял что она так и будет столбом стоять, повторил громче:

– Идем, чего замерла?

И она кивнула и пошла, как какое-то сельскохозяйственное животное, типа коровы или лошади, проданное на ярмарке новому хозяину. Это меня взбесило. Зачем идти в проститутки, если не можешь даже скрыть испуг или отвращение к клиенту? Но вовремя пришло осознание, что если я продолжу на нее зло коситься, легче ей от этого не станет.

Хотя какая разница что она думает? Но для меня эта разница была.

Несмотря на всю свою самооценку, на успех в бизнесе, я теперь шел и как дурак и пытался понять: что же со мной не так раз красивая, но совершенно социально безответственная девушка не хочет проводить со мной время? Я настолько не в ее вкусе? А кто тогда в ее вкусе? Может она вообще лесбиянка?

Однако, немного понаблюдав за нею, мне стал понятен источник ее недовольства и плохого настроения.

Туфли. Они ей или жали, или терли. Вот и отгадка, а я-то уже напридумывал всякого!

Я протянул ей руку, чтобы она могла на нее опереться, заметив, как бы между прочим:

– До лифта осталось совсем чуть-чуть.

Захотелось почувствовать себя эдаким джентельменом. Есть такая категория женщин, при которых неудобно сморкаться. И было особенно странно повстречать подобную особу среди моделей «Авроры».

И хотя я ясно видел, что это пустоголовая барышня, все равно что-то не сходилось. Я снова всмотрелся в ее лицо. Мне показалось что она какая-то грустная. Да и дурой скорее хочет казаться. Но зачем?

Моя догадка относительно туфель подтвердилась когда мы добрались до лифта. Замерев на месте, девушка облегченно улыбнулась и даже попыталась завести светскую беседу. Крайне неуклюже, надо сказать.