Убийство в магических тонах

Но вдруг притянув к себе светящееся тело, он увидел, что это вовсе не пьяное тело богача, это была огромная, с серебряной, величиной с монету, чешуей полутораметровая рыбина, эта рыбина смущенно ему улыбалась. Он не знал, что больше напугало его – эта неожиданная подмена или её смущенная улыбка. Марк хотел оттолкнуть рыбу прочь, но хвост ее уже ловко обвился вокруг его ног, а один из плавников взял под локоток.

– Марк, – вздохнула рыбина. – О, Марк, – и она захихикала.

Он опять попытался отбрыкаться от неё – не понимая, сходит ли с ума от отсутствия кислорода или это…

– Русалка? – сказал Марк, а может, и подумал, так как если бы сказал, то тут же бы хлебнул воды, но этого не произошло.

– Ставрида, – обиженно произнесла рыбина. – Никаких получеловеков. Просто рыба.

– Мне пора, – опять то ли подумал, то ли сказал Марк. – Мистера Клеверса надо спасать.

– Да он не утонул, наверху он. Ты его проглядел.

Она прижималась к нему своей холодной, жесткой, как металл, чешуей, которая чувствовалась даже сквозь одежду, и глядела на него огромными черными круглыми глазами.

– Так скучала по тебе. И столько хотела тебе сказать, а сейчас растерялась, – захихикала она. – Я бы сама к тебе еще раньше заявилась. Но я не знала, где ты. Да к тому же, наверное, я самая скромная из ставрид.

– Не бывает таких огромных ставрид, – то ли Марк себя хотел поймать на сумасшествии, то ли её уличить во лжи и узнать, кто она на самом деле.

– Может, такую как я, не каждый день встретишь, но и ты хорош. Разве бывают официанты, которые не дышат под водой по пять минут?

Марк дернулся, вспомнив, что давно бы пора ему глотнуть воздуха, и вдруг с ужасом понял, что в этом не нуждается и даже не хочет дышать. Но он хотел вырваться из объятий этого серебристого чудовища, хотел бы сказать: «Сгинь, нечистая!», а потом опять встретил ее взгляд, такой нежный и даже наивный, и невозможно уже было говорить ей таких обидных слов.

– Отпустишь? – попросил Марк.

Она размотала хвост, но продолжала держать его руку своим колючим плавником.

– А тебя не мучает одиночество? – спросила она тихо. – Мне показалось, ты так печален и всегда один.