Когда предает душа

Вдруг чья-то тяжелая рука оседает на мое плечо и едва ощутимо сжимает его.

– Миа, – раздается над моим ухом голос Константина.

«Надо же какой странный сон».

– Миа! – голос становится резче, и я вздрагиваю.

– Что? – Встречаю его полный вопросов взгляд. Оглядываюсь.

«Я заснула в его кабинете?»

– Что ты здесь делаешь? – с интересом спрашивает он, и его взор падает на рисунок. Я делаю вид, что не заметила.

– Прости. Я рано приехала и… и увидела свет, – я пытаюсь оправдаться, вставая с его кресла.

От слабости мои ноги подкашиваются, но он успевает обхватить меня своими огромными руками.

«Как неловко!»

– Хм, извини, – бормочу я, стараясь не смотреть ему в лицо, и высвобождаюсь из объятий.

Константин кивает, но по-прежнему не говорит ни слова.

– Ладно, я пойду, – неуверенным тоном говорю я, показывая пальцем на дверь. – Извини еще раз.

Делаю шаг в сторону выхода, как он окликает меня:

– Миа, у тебя все в порядке? – Кажется, Громила обеспокоен.

– Да. Я просто… Я пойду, – нечленораздельно отвечаю и выскакиваю наружу.

Тут на меня обрушиваются десять пар изумленных глаз.

«Вот черт!»

– Доброе утро, Миа, – сладким тоном говорит Илья, вставая с дивана.

– Доброе, – пряча глаза, бормочу я и на полусогнутых подхожу к своему столу.

– Давайте, парни, – спасает меня Константин, выглядывая из своего кабинета.

Григорий, Михаил и Илья как покорные гуси подчиняются его приказу. Но прежде, чем скрыться на второй половине офиса Илья бросает на меня несколько заинтересованных взглядов.

Дождавшись, когда дверь закроется, директор начинает допрос.

– Миа, ты провела тут ночь?

«Что за бестактность?!»

Кошусь на Петра, тот делает вид, что ничего не происходит.

– Нет! – выпаливаю я, заливаясь краской, и с опаской встречаю его взгляд.

– Тогда почему ты рано пришла? – не унимается Виталий.

«Что ему ответить?»

Сцепляю руки на коленях и смотрю в пол. Не знаю, как выкрутиться.

Ситуация совершенно отвратительная. Я ощущаю кожей его прожигающий взгляд, но упорно молчу. Чувствуя себя провинившимся ребенком. Осталось поставить меня в угол для наказания.

– Ладно, – после затянувшейся паузы, произносит директор и веселым тоном добавляет: – Будем считать, что этого не было.

Я выдыхаю.

«Господи, благодарю!»

Тут же приступаю к работе, стараясь стереть весь свой стыд и непрошенные мысли. Не знаю, сколько проходит времени.