Предел Чандры

Будьте в сознании и позвоните кому-нибудь из друзей или близких.

В телефоне раздались гудки. Ден посмотрел на часы. Еще двенадцать минут. Как это не будет на концерте, какая клиника? Держа телефон в одной руке, он начал набирать лучшего друга.

– Дружище, привет! Как дела? Все еще на работе?

На другом конце послышался усталый голос.

– Да, понимаю. Слушай, такое дело, мне стало нехорошо, давление зашкаливает, в общем, я вызвал скорую. Хотел предупредить, чтобы меня не потеряли. Возможно, меня направят в центральную клиническую… Нет, родителям пока не звонил, надеюсь, не понадобится, не хотел их напрасно беспокоить, они перепугаются и приедут, а путь неблизкий.

Ден, устав говорить, замолчал. Голос на другом конце стал обеспокоенным.

– Нет, все нормально, я напишу тебе, как будет ясность. Большой от меня привет Диане, – и положил трубку.

Как же это некстати. А все так хорошо начиналось. После первого выступления последовало второе, третье. Затем одна за другой шумные тусовки и интересные знакомства, а потом еще лучше, он купил новую гитару и теперь репетировал как безумный, привыкая к свежим струнам и звучанию.

Машинально он потянулся к сигаретам и уже готовился прикурить, но передумал. Что бы с ним сейчас ни происходило, едва ли сигарета поможет. Оттолкнув пачку подальше, он откинулся в кресле. Боль все не прекращалась, памятуя инструкцию, он выпил вторую таблетку нитроглицерина.

Написать – не написать. Была не была, вдруг его отпустят, он решил не предупреждать организаторов.

Пережив очередной приступ боли, он поднялся и накинул куртку, положил ключи, паспорт и телефон в карман и уже собрался выходить, когда голова закружилась, потеряв равновесие, Ден прислонился к стене, медленно сполз на пол. Из коридора послышались голоса, в квартиру вошли двое или трое, в глазах потемнело, он не смог различить, рядом кто-то сочно выругался. Его подняли и сразу же положили обратно. Кто-то распахнул рубашку, к груди приложили прохладное. Дальше все было как в тумане, он помнил только выкрики «вколи тромболитиков», и что-то связанное с «ангиопластикой».

Проснулся он в прохладной комнате на скрипучей кровати. В окно падал лунный свет, сквозило, он приметил тонкую щелочку над окном. В груди по-прежнему горело огнем, но рука слушалась. Он лежал, тупо уставившись в потолок, пока дверь не отворилась, в комнату вошла девушка в белом халате, видимо, доктор, и кто-то еще, включился свет. Он попытался привстать в кровати, не получилось.