Всего понемногу

И возможно, даже лучше с этим справятся, но. Но, как я с этим справлюсь? С пониманием, что я в трудную минуту оставила свою лучшую подругу и несчастную сироту. Нет, чем смогу помогу. Одна голова хорошо, а три лучше.

– Как я понимаю, ты не из тех людей, которые смогут свалить данную ситуацию на большое воображение и уйдя спокойно прожить свою жизнь дальше. Я права?

– Ну, конечно права. Я не смогу вас бросить.

– Ну и хорошо, значит мы будем решать проблему вместе. Я, честно говоря и не сомневалась в тебе. Но дать тебе выбор должна была.

– Так, это я поняла, – я затушила сигарету, – Но вы, так и не объяснили, что она такое.

– А, это, мы сейчас все вместе будем разбираться. – произнесла Степановна выходя из кухни и возвращаясь в комнату.

Катерина продолжала сидеть на диване и рассматривала картины на стенах, только теперь у нее на коленях восседала кошка Степановны. Большая, нежно-серого цвета чистокровная британка. Я очень удивилась, кошка обычно не жаловала гостей, пряталась и очень редко выходила.

А тут прямо на коленях сидит. Степановна тоже удивилась:

– Берта, ты изменяешь своим обычаям? Даже мне на колени приходишь редко. Видно действительно девочка особенная.

– Вы, там обо мне шептались? И что решили? – взволнованным голосом спросила Катюша.

– Да, о тебе. Вон, Лина спрашивает – что ты такое. – ехидно ответила Степановна заходя на балкон и выглянув в окно. Темная тень за окном метнулась.

– И что я такое? – чуть обиженно переспросила Рыжик.

– Ну, сейчас мы все вместе будем в этом разбираться.

Чтобы помочь человеку, надо точно знать, чем именно помочь. Так ведь? – вернувшись с балкона, не дожидаясь наших ответов она продолжила, – и так, начнем с начала: расскажи о себе все, что можешь, помнишь и знаешь. Кто родители, где жила, ну как докатилась до такой жизни ты уже рассказала, поэтому пропустим.

Катюша.

В детстве мы жили в Самарканде. Я помню мама работала в каком-то маленьком НИИ секретаршей, папа служил. Был военным. Я совершенно не знаю где он служил.

Ходил на работу на какой-то местный завод, вроде как это называлось военпред. Я не знаю, что это такое. У нас в семье редко обсуждали работу, как мамину, так и папину. Я ходила в местный садик. Так прикольно, там всегда разговаривали на смеси русского и узбекского. Я маленькая была, узбекский выучила быстро и русский почти забыла. И мама с папой частенько меня не понимали. Жили мы здорово. Я помню сколько фруктов разных, базары, красивейшие места, мечети, тепло.