Королева с опытом работы

Я опять нарушила очередное Очень Важное правило этикета?

– Вот как? Вы хотите меня оскорбить, не позволяя поцеловать вам руку? – спокойно осведомился герцог. – Напрасно вы так себя ведете по отношению к будущему супругу.

– Я не считаю вас вправе делать мне замечания, Ваша светлость. А руки у меня попросту грязные. Я… сажала цветы.

Среди спутников герцога раздались смешки.

– Неужели лира Грудис учила вас разводить огород? – спросил с ужасом миньон в темно-зеленом камзоле.

– Учиться – всегда пригодится, – нейтрально ответила я, запоминая наглые серые глаза и светлые усики.

 – Мне некогда, лэрды.

Группа расступилась, пропуская меня с преувеличенно глубокими поклонами. Сзади донесся вздох лиры Грудис. Тяжко ей тут пришлось. Ничего, прорвемся.

– Он ведь не простит вам, что вы ему отказали, – тихо сказала Гертруда.

– Плевать, мне такой муж не нужен! – пусть меня будет репутация бессердечной стервы, чем тупой похотливой самки. Мне же будет проще жить.

Лэрда Эванса кстати, не нашли ни два дня назад, ни сейчас.

Он испарился бесследно. Придворный маг рвал и метал. Заместитель лэрда Эванса исполнял его обязанности ни шатко, ни валко, предстояло всю тайную стражу переформировать, придумать систему секретных жестов и кодовых слов, ведь когда орешь: «Стража!» – это может оказаться последним, что ты сказала в своей жизни, а жить мне хотелось долго и, по возможности, счастливо. Раз уж маги уничтожили мое тело и возможность вернуться, надо устраиваться тут.

Я отпустила Гертруду и пошла к себе.

Из-за поворота выскочила лира Амелия. Подкарауливает она меня, что ли? Подозреваю, что из-за нее половина моих приказов саботируется, надо разобраться и с этой дамой.

– Служанки ожидают в Лиловой гостиной, чтоб вы могли выбрать личную прислугу, – доложила самопровозглашенная гофмейстерина.

– Очень хорошо,– я слегка обернулась и краем глаза заметила мелькнувший край белой салфетки, тут же прижатой лирой Амелией к моему лицу. Я хотела возмутиться, но вдохнула сладкий дурман и мои глаза закрылись сами по себе, а тело обмякло.

Сознание вернулось рывком, но я не торопилась открывать глаза, и поднимать крик – опыт уже сказывался. Стала подсматривать осторожно из-под ресниц. Я лежала на боку в своей собственной спальне, почти уткнувшись носом в розовый край балдахина. «Заразы, так и не сменили на песочный, я же два дня назад распорядилась», – отметила я машинально. Сбоку слышались шаги, сопение и шуршание.