Ты сможешь

Пока я слушала её речи, я представила перед собой даму, одетую в элегантное платье по фигуре, лет этак сорока пяти с острым носом, приподнятыми бровями и узкими губами, но сравнивая Велса с тем образом, что получился, там только её нос. Даже характер у него другой.

Велс закончил разговор и посмотрел на меня, он изучал мой внутренний мир, может, прямо сейчас читал мысли. Я пересказала мысленно еще все, о чем подумала и ждала ответ.

– Ну нос, точно не от мамы, она у нас аристократка, ей сорок шесть лет, она младше папы на двенадцать и, как всегда говорила, что ни разу не пожалела, что её родители выбрали ей мужа.

– А как зовут их?

– Маму зовут – Сезана, отца – Клув, сестру – Асура и брата – Тибал. Познакомитесь вечером, они не будут на тебя злиться, я все беру на себя, ты только слушай и улыбайся.

– О как всех запомнить, записать надо, до вечера выучить смогу.

Велс засмеялся и потянул  меня обратно в дом. Они поднялись в комнату с темно-зелеными шторами, таким же покрывалом и большим дамским столиком.

– Это мамина комната, – пояснил Велс. – А вот, дневник с фотографиями, которым так гордится она и показывает при удобном случае всегда. Так, что если тебе предстоит его увидеть, то можно считать, что тебя приняли в семью.

Я смотрела на толстую книгу в бархатном переплете с рисунком волка или собаки на лицевой стороне и думала: «А хочу ли я стать частью семьи, это не совсем здоровая тема. Я хотела, сильно хотела раньше и прилагала все усилия для этого, но меня использовали, вытерли ноги и бросили.

Даже спасибо не сказали».  Смотрела на фотоальбом и понимала, что Велс прочитал мои мысли и не спешит знакомить со своей семьей. Он отложил толстую память семьи и предложил сесть. Я села в кресло, а он присел на предмет напоминающий пуфик.

Велс протянул руку и дотронулся до моих пальцев, сложенных в замок. Я посмотрела ему в глаза, там было столько нежности и заботы и моё тело отвечало этому зову, я млела при каждом его взгляде. Но мой мозг отказывался в этом участвовать, слишком глубокая рана, а я сама не даю ей зажить.

«Я не могу забыть, мне больно», – тяжело выдохнула я и опустила голову.

– Я помогу тебе все забыть, вылечить твое сердце, если только ты сама захочешь отпустить эту боль, – он провел рукой по моей голове.

– Мне, видимо, нужно ещё время, я должна подумать, взвесить и во всем разобраться.

– У тебя будет это время, но сегодня отключи свой мозг, наслаждайся твоим совершеннолетием, тебе восемнадцать лет.