Ангелы-хранители

Злость уступила место острому чувству одиночества, и Нора тихонько заплакала.

Уже позже, сидя в кровати, вытирая красные глаза «Клинексом» и сморкаясь, Нора отважно поклялась себе, что не станет затворницей. Так или иначе, она найдет в себе силы чаще, чем раньше, устраивать вылазки во внешний мир. Она будет встречаться с людьми. Познакомится с соседями, которых Виолетта старательно избегала. Заведет друзей. Ей-богу, заведет! И она, Нора, не позволит Стреку себя запугать. Она научится справляться с другими проблемами, которые непременно возникнут, и со временем станет новым человеком.

Зарок. Священная клятва.

Нора подумала было о том, чтобы отключить телефон, разрушив тем самым планы Стрека, но побоялась, поскольку телефон мог ей понадобиться. А что, если она проснется, услышит, что в доме кто-то есть, но не сможет быстро вставить шнур в розетку?

Прежде чем выключить свет и расстелить кровать, она подперла не запирающуюся дверь спальни креслом, заклинив им дверную ручку.

Уже лежа в кровати, Нора нащупала в темноте разделочный нож, оставленный на тумбочке, и немного успокоилась, когда рука, накрывшая нож, не дрогнула.

Нора лежала на спине, сна не было ни в одном глазу. Бледный янтарный свет уличных фонарей просачивался сквозь оконные ставни. Потолок пересекали чередующиеся черные и золотые полосы, словно огромный тигр застыл в прыжке над кроватью. И Нора задумалась, сможет ли она теперь когда-нибудь спокойно спать.

А еще она задумалась, сможет ли найти в большом мире вокруг, куда она поклялась себе открыть дверь, хоть кого-нибудь, кому будет небезразлична и кто сумеет о ней позаботиться.

Неужели там не найдется никого, кто способен полюбить и не обижать мышку?

Где-то вдалеке заунывно пропел в ночи гудок поезда. Замогильный, холодный, скорбный звук.

7

Винс Наско еще никогда в жизни не был так занят. Или так счастлив.

Когда он позвонил по привычному номеру телефона в Лос-Анджелесе, чтобы сообщить об успешной операции в доме Ярбеков, его направили к другому телефону-автомату.

На этот раз расположенному между магазином с замороженными йогуртами и рыбным рестораном в Бальбоа-Айленд, Ньюпорт-Харбор.

С ним на связь вышла женщина с очень сексуальным голосом, грудным и в то же время девичьим. Она очень осторожно говорила об убийстве, не употребляя уличающих ее слов, но используя экзотические эвфемизмы, которые нельзя будет инкриминировать в суде.