Ангелы-хранители

Когда он по идее должен был чинить в гостиной телевизор, он, наверное, пробрался наверх, ублюдок проклятый, бродил по ее спальне, покусившись на самое святое, рылся в чужих вещах!

– …в эту большую старинную кровать, и там я тебя раздену, солнышко, раздену и хорошенько оттрахаю…

Нора так до конца и не сможет понять, что придало ей смелости: то ли чувство омерзения, возникшее из-за того, что Стрек осквернил ее святилище, то ли грязное выражение, которое впервые позволил себе этот негодяй, но она резко вскинула голову, обожгла Стрека яростным взглядом и плюнула ему в лицо непрожеванным печеньем.

Капельки слюны и размокшие овсяные крошки прилипли к его правой щеке, правому глазу и крылу носа, застряли в волосах, усеяли лоб. Увидев сверкнувшую в его глазах ненависть и искаженное злобой лицо, Нора на миг испугалась, пожалев о своей несдержанности. Однако ее окрылял сам факт, что ей наконец удалось разорвать путы эмоционального паралича, хотя при этом она прекрасно понимала: если Стрек захочет дать сдачи, то мало не покажется.

И он действительно дал сдачи. Моментально и очень жестоко. Он по-прежнему держал Нору за левую руку, и Норе никак не удавалось вырваться. Стрек крепко сжал ее ладонь, ломая пальцы. Это было больно, боже, как больно! Однако Нора не хотела доставить ему такого удовольствия, показав свои слезы; она твердо решила не хныкать и не скулить, а потому, стиснув зубы, терпела. На висках у нее выступили капельки пота, ей казалось, что еще немного – и она упадет в обморок. Но боль была еще не самым страшным, самым страшным было глядеть в тревожащую ледяную голубизну глаз Стрека.

Ломая Норе пальцы, Стрек удерживал ее не только железной хваткой, но и взглядом – холодным и бесконечно странным. Стрек пытался запугать Нору, и это работало – ей-богу, работало! – потому что она разглядела в нем искру безумия, с которым она явно не сможет справиться.

Увидев отчаяние Норы, которое явно доставило ему куда больше удовольствия, чем крик боли, Стрек перестал ломать ей пальцы, хотя руку не отпустил.

– Ты заплатишь за это, – сказал Стрек. – За то, что плюнула мне в лицо. И тебе точно понравится за это платить.

Нора не слишком уверенно пригрозила:

– Я пожалуюсь твоему боссу, и ты потеряешь работу.

В ответ Стрек лишь улыбнулся. Нору удивляло, почему он не стирает крошки печенья с лица, хотя уже начала догадываться: Стрек хотел, чтобы она сделала это сама. Но сперва он сказал:

– Потеряю работу? Да я уже уволился из «Уодлоу ТВ». Еще вчера днем.