Холодный огонь

– Через Аризону в Нью-Мексико…

– А там что, копов нет?

– Дальше в Техас, оторвемся на несколько штатов. Всю ночь будем гнать…

Джиму повезло, что обочина была засыпана песком, а не щебенкой. Он пригнулся и бесшумно подошел к фарам со стороны водителя.

– Ты же знаешь, копы из разных штатов хреново вместе работают.

– Черт, он где-то там бродит…

– А еще там до хрена скорпионов и гремучих змей.

Джим вышел из-за угла и навел на бандитов дробовик:

– Ни с места!

Секунду они смотрели на него с разинутыми ртами, как будто увидели трехглазого марсианина со ртом на лбу.

Между ними было всего футов восемь, можно при желании доплюнуть, чего эти мерзавцы явно заслуживали. Они и издали казались опасными, словно двуногие змеи, но сейчас были страшнее любой ползающей по пустыне ядовитой твари.

Бандиты стояли, опустив пистолеты.

Джим ткнул в их сторону дробовиком:

– Бросай оружие, живо!

То ли головорезы действительно были тертыми калачами, то ли просто психами – возможно, все сразу, – но они не замерли, увидев направленный на них дробовик.

Парень с «балдой» бросился на землю и покатился, а сбежавший из «Безумного Макса» поднял пистолет. Джим практически в упор выстрелил ему в грудь, бандит отлетел назад, повалился на спину и отдал черту душу.

Его подельник проворно заполз под фургон, Джим только ступню успел увидеть.

Чтобы не получить пулю в лодыжку, Джим схватился за ручку открытой двери фургона и запрыгнул на ступеньку рядом с водительским местом.

В тот миг, когда его левая нога отрывалась от земли, грохнули два выстрела, и пуля пробила колесо, рядом с которым он стоял всего секунду назад.

Джим не стал укрываться в кабине, вместо этого в надежде застать противника врасплох он спрыгнул на землю, лег и направил дробовик под фургон. Но бандит уже выскочил с противоположной стороны, Джим увидел лишь черные ковбойские сапоги: парень бежал в конец автодома.

Лестница на задней стенке фургона! Рядом с привязанным к решетке мотоциклом.

Этот гад полез на крышу.

Джим быстро протиснулся под «роадкинг», пока убийца не засек его сверху и не пристрелил. Под фургоном было так же душно, как и вокруг, – земля копила тепло с самого рассвета и теперь отдавала его.

Мимо одна за другой проехали две машины. Джим не слышал их приближения, возможно, потому, что сердце у него билось, как турецкий барабан.