Молния

Рут с Тельмой снова переглянулись, молча, без лишних слов, обсудив проблему и буквально за секунду-другую придя к соглашению. В конце концов Рут со вздохом сказала:

– Видишь ли, Тэмми нуждается в таком одобрении, потому что… ее научил этому ее отец.

Лора подпрыгнула на месте:

– Родной отец?

– Не все дети в приюте Макилрой сироты, – объяснила Тельма. – Некоторые здесь из-за того, что их родители совершили преступления и отправились в тюрьму. А некоторые детишки подверглись домашнему насилию – физическому… или сексуальному.

Свежий воздух, проникающий сквозь открытые окна, скорее всего, стал лишь на два градуса холоднее, чем тогда, когда девочки еще только устроились кружком на ковре, но Лоре показалось, что в комнате подул пронизывающий осенний ветер, который, спутав времена года, проник в августовскую ночь.

– Но Тэмми ведь на самом деле не такая? – спросила Лора.

– Нет, не думаю, что она такая, – сказала Рут. – Но она…

– …ничего не может с собой поделать, – продолжила Тельма.

 – Она запуталась.

Девочки замолчали, думая о том, о чем даже страшно подумать.

– Как странно и… как грустно, – наконец произнесла Лора. – А мы не можем это остановить? Например, пожаловаться на Шинера миссис Боумен или другому социальному работнику?

– Пустой номер, – ответила Тельма. – Угорь будет все отрицать, и Тэмми будет все отрицать, а у нас нет никаких доказательств.

– Но если она не единственный ребенок, которого он домогался, то кто-нибудь другой…

Рут решительно покачала головой:

– Большинство детей разъехались по приемным семьям, некоторых усыновили, кто-то вернулся в свою семью.

Здесь остались лишь двое или трое, ставшие жертвой Угря… но они или такие, как Тэмми, или до смерти запуганы Угрем. Настолько запуганы, что боятся донести на него.

– А кроме того, – прервала сестру Тельма, – взрослые ничего не желают знать, не хотят заниматься такими вещами.

О приюте может пойти дурная слава. И они боятся выглядеть дураками, потому что не видят ничего дальше собственного носа. Да и вообще, кто поверит детям? – Тельма передразнила миссис Боумен, настолько точно уловив ее фальшивые ноты, что Лора сразу поняла, о ком речь. – О, моя дорогая, это такие ужасные, лживые создания! Шумные, непослушные, надоедливые маленькие твари, способные ради забавы разрушить незапятнанную репутацию мистера Шинера.