Фантомы

Там на нас ничто не нападет…

– …так, что мы его даже не увидим, – докончила, сразу все поняв, Лиза.

Они вышли на самую середину освещенной лунным светом мостовой.

– Сколько еще до приезда полиции? – спросила Лиза.

– Минут пятнадцать-двадцать, не меньше.

В этот момент во всем городке внезапно зажегся свет. Яркий электрический поток ослепил их – и тут же снова настала темнота.

Дженни подняла револьвер – растерянно, не зная, в какую сторону его направить.

В горле у нее будто застрял сухой комок страха, рот мгновенно пересох.

Над всем Сноуфилдом пронесся вдруг громкий и ужасный, резкий и отвратительный вой.

Дженни и Лиза завопили от страха, резко обернулись, наткнувшись друг на друга, а затем принялись лихорадочно оглядываться по сторонам, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь во мраке, лишь чуть-чуть разбавленном лунным светом.

Опять наступила полная тишина.

Потом раздался такой же вой.

Снова тишина.

– Что это? – спросила Лиза.

– Пожарная сирена!

Звук раздался снова: короткое, разрывающее уши завывание, донесшееся с восточной стороны Сент-Морицуэй, оттуда, где располагалось депо добровольной пожарной дружины Сноуфилда.

Бам-м-м!

Дженни опять подскочила от неожиданности и обернулась.

Бам-м-м! Бам-м-м!

– Церковный колокол, – сказала Лиза.

– Это в католической церкви, в западной части Вейл-лейн.

Колокол прозвонил еще раз, и его громкий, глубокий и скорбный звук отозвался дребезжанием стекол во всех темных окнах погруженной во мрак Скайлайн-роуд, во всех не видных сестрам окнах по всему мертвому городку.

– Чтобы звонил колокол, кто-то должен тянуть за канат, – проговорила Лиза. – А чтобы завыла сирена, надо нажать кнопку. Так что кто-то здесь есть, кроме нас с тобой.

Дженни ничего ей не ответила.

Снова подала голос сирена: взвыла и затихла, еще раз взвыла и затихла. Потом опять зазвонил колокол. Потом колокол и сирена зазвучали одновременно – и еще раз, еще и еще, как бы возвещая о пришествии кого-то чрезвычайно важного.

* * *

Ночной пейзаж в горах, по дороге на Сноуфилд, был выдержан исключительно в черных и серебристо-лунных тонах. Лес, чуть в отдалении от дороги, казался скоплением мрачных силуэтов и черных теней, среди которых в слабом лунном свете то здесь, то там не столько были видны, сколько угадывались белесые вкрапления листьев и иголок.