Дракон должен умереть. Книга II

Он, однако, не имел склонности к светской беседе, и потому бросил грубо:

– Давай все сюда.

Джоан спокойно кивнула.

– Хорошо. Пишите расписку.

– Какую расписку, дура? Отдавай камни.

– Так-так-так, подождите, – Джоан обеспокоенно поморщилась. – Вы что, хотите просто так их у меня забрать?

Сзади нее раздался смешок.

– План был такой, – подал голос ювелир.

– А вам не приходило в голову, что это довольно хреновый план?

– С чего это? – буркнул портной.

– С того, например, что я могу не захотеть их отдавать.

– Не дури, девка, – спокойно бросил сапожник. – Отдай камни, и мы уйдем, не причинив тебе никакого вреда.

– А если я их не отдам, вы думаете, что сможете причинить мне какой-нибудь вред?

Ювелир сзади фыркнул. Портной что-то буркнул.

– Думаю, вполне, – заметил сапожник сухо.

Джоан посмотрела ему прямо в глаза.

– Ну-ну, – только и ответила она.

Сапожник моргнул. В следующий момент девушки, стоявшей перед ним на мостовой, уже не было.

– Где она? – прошипел Ювелир.

Портной выругался. Сапожник посмотрел вперед и назад по улице, потом поднял глаза.

– На крыше. Она, мать его, на крыше.

Сапожник сплюнул. Портной что-то проворчал, возможно, проклятие. Ювелир молчал. Ему с самого начала казалось, что это плохая затея.

Джоан махнула стоявшим внизу мужчинам рукой и быстро, и бесшумно пошла по крышам в сторону городских ворот. Вопрос о цели путешествия откладывался на неопределенный срок. На данный момент задачей номер один определенно было выбраться из города.

Она знала, что портной и компания вряд ли оставят ее в покое. Возможно, они возьмут еще кого-нибудь в долю, чтобы поймать ее наверняка.

Она спустилась с крыши почти у самых ворот. Солнце уже садилось, но у нее еще должно было оставаться время до закрытия. Она быстро пошла по узкому проходу вдоль стены, который соединял все городские башни и который должен был привести ее прямо к караульной. Она шла быстро, глядя прямо перед собой – и потому не заметила тень, притаившуюся в одной из ниш.

Тень выскользнула вслед за ней – а потом кто-то одной рукой схватил Джоан за волосы и развернул к стене, а второй приставил нож к горлу. Она вскрикнула от боли и неожиданности – и замерла. Мгновенный испуг снова взял верх над появившейся было уверенностью в себе – она чувствовала, как немеют пальцы и дрожат колени. Ужас, тот самый ужас, который не давал ей пошевелиться тогда в Саузертоне, сейчас начал скользким червяком ворочаться где-то в животе.