Миры темных эпох

– Не ожидал от тебя такой доброты к живым существам, – с неожиданным раздражением вылетело из меня, – копьем в связанного человека тыкать, значит, у тебя верх гуманности?

– Так вот чего ты вдруг такой опечаленный! – тихо пробасил Кионд и после недолгой паузы добавил:

– Нам нужно было добыть очень важные для нас всех сведения и, может быть, благодаря именно им мы спасем кого-то от полона или даже от смерти. А этому замухпышке я лишь ногу оцарапал чтоб на остальных страх нагнать и языки развязать. Эвон, посмотри как он бодро ковыляет! – Кионд ткнул пальцем в толпу плененных.

Тот самый подраненный пленный с перевязанным бедром шел спокойно и даже не хромал, а лишь смотрел пустыми глазами себе под ноги, впрочем как и большинство разбойников. Ведь они буквально час назад гулявшие на свободе и позволявшие себе все, что заблагорассудиться их разнузданной душе, теперь связанны по рукам и друг с другом прочными веревками и идут они совсем не туда, куда им хочется.

– Сердце твое успокоилось? – миролюбиво спросил наш, лишь с виду диковатый, великан.

Я просто кивнул в ответ и тяжело выдохнул. В груди у сердца с силой бился жгучий огонек стыда за свои бестолковые мысли и за то, что так отнесся к своему недавнему спасителю.

– Прости, – сказал я, – был неправ.

Я почувствовал, как щеки заалели, а уши зажгло так, словно их подпаливали на углях.

– Просто ты хороший парень! И очень добрый, – потеребил меня по плечу Кионд, – постарайся этого не растерять, чует мое сердце – будут у тебя еще испытания похлеще сегодняшних.

Глава 4

Долго мы шли в тишине – безмолвные и сосредоточенные на дороге. Самые разные мысли хаотично бороздили сознание, сталкивались и отталкивали друг друга, не давая мне привести душевное состояние к покою и равновесию.

Я периодически оглядывал окружающий мир – вроде бы и ничего особенного или сильно отличного от моего мира. Недалеко от дороги стали появляться островки высоких прямых сосен отделенных друг от друга широкими лугами с невысокой растительностью – подобное я видел и в своих краях.

Мы, монотонно переставляя ноги, шли все дальше и дальше, а сосны, словно завоеватели в союзе с густыми елями, стали захватывать пространство вокруг нас все больше и шире. Да и над дорогой они начали нависать толстыми ветвями и все чаще проплывать в опасной близости от головы сидевшего на телеге Шандала.

Колючие ветви стали переплетаться между собой настолько плотно и густо, что вокруг стало заметно темнее.