Миры темных эпох

– Эвон чего делается! – воскликнул Шандал, – а на самом деле что происходит с купцами?

– Дак, кто же это знает достоверно! – вздохнул староста, – Наш король все отрицает и гневается факту причисления его достоинства к разбойничьему люду. Лично я склонен ему доверять. За двадцать семь лет правления с короной на голове он заслужил уважение и простого народа, и воинского сословия, да и среди лордов-защитников земель у него вряд ли враги найдутся.

Все снова затихли, поднимая к губам кружки и отхлебывая мелкими глотками горьковатую жидкость.

Как бы ни был хорош напиток, но его бодрящее свойство закончилось, и свинцовая усталость уверенно, как вернувшаяся домой хозяйка, снова расползалась по всему телу. Поглядев по сторонам, я заметил, что и все мои спутники испытывают примерно тоже самое, но во всю стараются не выдавать утомление дорогой, хотя их веки опускались и поднимались все медленнее и медленнее.

– Ну что же, – сказал староста и положил правую ладонь на стол, – думаю окончательное решение вы примете уже утром, а теперь прошу всех в боковую – там вас уже вас кровати заждались.

Хорошенько выспитесь и отдохните.

Тихо благодаря за сытный стол, мы поднялись со скамеек и, пошаркивая еле двигающимися ногами, прошли в распахнутую дверь, что была справа от входа.

В неширокой комнатке нас ожидали расставленные вдоль стен грубоватые кровати пару локтей шириной. На плотно подогнанные толстые доски была накинута солома и по паре, то ли волчьих, то ли собачьих, шкур. В головах лежали чурбаны с выдолбленным посередине углублением для головы.

Кионд остановился возле кровати, что была у самого входа и стал снимать перевязь. Шандал вяло махнул мне ладонью и мы прошли с ним к дальним кроватям. Он показал мне на правую койку, а сам отошел к противоположной и с наполненным усталостью выдохом тяжело опустился на низкое ложе. Бадеро и Колмак оперативно и быстро устроились недалеко от нас.

– Господи, – пролепетал Шандал, – благослови наш сон и помилуй нас.

Он перекрестился и медленно откинулся на кровать, похрустывая суставами и тихо вздыхая.

Я неловко повторил на всякий случай его крестообразное движение и тоже лег на мягкие шкуры.

Не смотря на грубоватость работы ремесленника, кровать мне показалась просто королевским ложем, а жесткий чурбак сразу удобно расположился у меня под затылком. Но сон не желал приходить, пришлось мысленно побороться с мышцами ног и спины, которые как будто скрутились во множество узлов.