Дальний оплот Империи

Всем кораблям уйти за спутник – попробуем оттянуть их на себя, растянув в линию, – уже более твердым голосом скомандовал он.

Впрочем, норкролы, резко ускорившись, вначале выстроились в формацию трехгранной стрелы, тем самым оставив поврежденный корабль позади. Земляне успели выпустить еще один залп, уничтожив центральный корабль, после чего ответный огонь врагов уже накрыл их. Пытавшееся на максимальном ускорении уйти за спутник соединение Роджера Хоша шло без всякого построения, сделав ставку на скорость, вот только времени немного не хватало.

Легко обойдя размолоченный рейдер, четверка оставшихся норкролов, с ходу перестроившись в эдакий квадрат, сосредоточила огонь по эсминцам. Шедшие в космосе на предельном форсаже корабли обладали ужасающей инерцией и банально не успевали полностью уйти в сторону, несмотря на то, что после выстрела прошла почти минута. Первым пострадала «Секира ярости», словив кучный залп прямо в центр своего корпуса. Щит практически выдержал, исчезнув только под самый конец.

Но именно эти последние пять снарядов сделали свое черное дело – попавшие практически в одну точку, они пробили глубокую дыру, после чего кислота начала разъедать корабль изнутри, подчас растворяя не только переборки и отсеки, но и членов экипажа. Остатки землян еще попытались сделать ответный залп, но это была агония, и практически лишенный энергии и управления эсминец резко потерял в скорости, превращаясь в легкую мишень.

«Эльбрус-второй» полученные попадания пережил легче, но размолоченный вместе с двигателями и орудиями весь левый борт корабля отобразился на траектории движения, отчего он уже не успевал вовремя скрыться за спутник.

Капитан эсминца тут же решил уйти на разворот и задержать врагов, давая время остальному соединению имперцев.

– Хорошо, Кион, но мы все же пойдем навстречу. Попробуй продержаться, – откликнулся Роджер Хош, смиряясь с возможной потерей, – всем на разворот. Прикрываемся поврежденными эсминцами и идем на сближение.

Абордажной команде подготовиться!

Новая команда заставила засуетиться экипаж из-за резкой смены плана.

– Сделаю, что могу. Во имя императора и человечества! – рыжебородый капитан «Эльбруса-второго» с силой стукнул себя по груди кулаком, после чего отключился. Его изображение исчезло из дополнительной панели, выводимой перед Хошем, и коммандер вновь сосредоточил внимание на центральном экране.

Ситуация продолжала стремительно развиваться.