Априори

Трудно заниматься самоанализом, особенно когда голова занята исключительно работой.

Как раз-таки тряхнув ею, чтобы отогнать эти навязчивые мысли, некстати возникшие аккурат перед встречей, выхожу из просторного лифта и направляюсь к назначенной переговорке.

Распахнув стеклянную дверь, быстрым взглядом озираю уже нескольких собравшихся человек, и начинаю было здороваться, как вдруг глаза сами останавливаются на мужчине, до этого на этих совещаниях не мелькавшего.

Темные волосы, короткая борода с ровными участками седины.

В дорогом костюме–тройке серого цвета, сидит в кресле боком ко мне и реагирует на звук двери: медленно поворачивается, тяжёлым прямым взглядом исподлобья уставившись в ответ.

Как выстрел. Пулей из прошлого.

Что–то внутри рвётся.

Я застываю, чувствуя, как мир вокруг отключается.

Чувствуя, как сладостно и в ужасе одновременно сжимается что-то в области солнечного сплетения.

Чувствуя себя так, словно только мы вдвоем остались в кабинете.

Нет, нет, нет…

Но моим безмолвным мольбам никто не внимает.

Я узнаю его.

Своего бывшего сокурсника – Маркуса Флэтчера.

Глава 2. Лучший бывший в постели

– Мисс Льюис! – лишь оклик генерального директора «Нотт» Стивенсона выводит меня обратно в реальность.

Еле отлепляю собственный взгляд, успевший намагнититься к так и не шелохнувшемуся Маркусу, и поворачиваюсь к Стивенсону. Успеваю за эти доли секунд вернуть себе привычное выражение лица: хладнокровие и спокойствие – мои неизменные спутники, и я не позволю человеку из прошлого одним своим появлением выбить меня из колеи так легко.

Тем более что он сам, судя по всему, не собирается так же выдавать каких-либо эмоций.

Шарканье стульев, обмен любезностями, разговоры ни о чем, прежде чем начнем совещание, кофе, монотонный гул, – и вот я занимаю своё место за столом переговоров. Занимаю под пристальным, ввинчивающимся в кости взглядом. Бросаю мимолетный ответный. Тщательно играю в равнодушие.

Маркус сидит по диагонали напротив, практически не сменив позы с момента моего появления – вальяжно откинувшись на спинку кресла, одна ладонь расслаблено поверх документов, и лишь плавный наклон головы, будто рассматривает результат некого эксперимента, говорит о его вспыхнувшем интересе.

Незаметно вбираю в грудь воздуха и так же незаметно выдыхаю, ощущая себя неопытным серфингистом под волной: волной сносящей энергии, исходящей от Маркуса.