Жизнь для Смерти

Ты не в настроении?

– Лучше не доставай меня, Джон!

Вампир смеется, затем одним рывком развязывает тугой узел. От неожиданности я подаюсь назад, а кисти рук моментально начинает пощипывать легкими покалываниями.

– Не сердись, дорогая. Это я так, к слову, сказал. Никто бы не справился лучше тебя.

– Конечно, – с оскалом отвечает блондинка, – только это в последний раз! Больше за подобное я не возьмусь!

Было бы очень интересно узнать, состоят ли эти два вампира в отношениях или нет, если бы не одно но – мне плевать.

Единственное, что важно, – уйти. Избежать странного ритуала. А о том, что может быть после, даже думать не желаю. Уж лучше смерть, чем принуждение и использование. Никак не выходит перестать об этом думать. Аж к горлу подступает тошнота. Я отхожу назад к перилам, смотрю вниз. Высоко. Быть может, если сброшусь отсюда – все закончится? И только я об этом думаю, как меня подхватывают за локоть.

– Чего замечталась? – Смеется Джон. – Все, идем. Нам пора!

Ничего не отвечаю. Вампир выдает не смешную шутку, а после тянет меня вперед.

Пытливые взгляды зараженных с интересом наблюдают за происходящим. Гости перешептываются, посмеиваются, но все остается фоном.

Как только я и здоровяк переступаем порог зала, огромные двери закрываются за нашими спинами. Гул эхом разлетается по площади большого красивого зала, который в прошлом мог служить столовой для приема гостей.

– Доставил в целости и сохранности, – громко заявляет здоровяк, – как вы и просили.

– Очень хорошо, Джон! – Отвечает высокий мужчина.

Он стоит в центре зала и протягивает мне раскрытую ладонь. Я должна подойти.

– Ладно, – отвечаю сама себе под нос, – потерплю…

Убранство комнаты поражает своей красотой. Начиная с лакового паркета и заканчивая хрустальной люстрой, тяжело нависающей над головами присутствующих. Вампиров здесь немного. Несколько зараженных стоят справа, а слева их всего двое: молодой блондин и высокий статный Кристофер. Бывший лидер общины не смотрит в мою сторону. Бледная кожа, сжатые в кулаки руки и сведенные брови выдают в вампире напряжение.

– Здравствуй, дитя! – Бархатистый голос Верховного звучит как музыка. – Как себя чувствуешь? С тобой хорошо обращались?

– Да, —отвечаю я тихо, – мне не причинили вреда.

Вот он, тот самый Верховный, определивший судьбу Кристофера и мою. Статный мужчина, под два метра ростом. Седые волосы убраны назад, и аккуратная бородка придает лицу благородства.

У вампира черные глаз с чуть нависшим веком.