Дед Мороз умер, рассчитывай на себя

К восьми вечера толпы работяг, стремясь к бухлу и жирной еде, рассосались, оставив подземное пространства гуляющим туристам и не сдающимся лени любознательным местным.

Олег вошел в полупустой вагон. В составе поезда не гарантировавшего довести до известной достопримечательности, но обещающий доставить до станции вшивого спального района, он тяжело вздохнул.

Не успел присесть, чтобы остановить забег мыслей, как за метров двадцать закричал мужик. Его визг напугал тем, что предстояло вмешаться, а оказывать постороннему услугу не хотелось.

Олег повернулся на лево. Через скамейку сухие как в бесплатном туалете мыло пятеро мужиков щемили парня в костюме на итальянский пошив, в белоснежной рубашке с кожаным черным портпледом и прической теннис на длинные волосы.

В глазах нападающих парень выглядел излишне напыщенным. Они по старинке, прилипшей к ним еще в далеком СССР, силой разведывали так ли крут метросексуал.

Олег бы и сам при виде пятерых потерялся, а напыщенный не осознавал суровость ситуации, что удар в скулу разве подразнить.

Парень двадцати пяти лет отроду же вырос в другой стране, где уличным стычкам отводили крайне мало времени. Необученного защищается ждала боль и разочарование.

Насмотревшись по государственным каналом о безопасности в столице, он наделся что полиция угомонит разнузданных, а та, занятая съемом денег у незащищенных мигрантов, не спешила показываться на горизонте. Недожавшись отпора, давали секунд двадцать на «помахать» парнишке. Поняв, что он беззащитен, ударили разом, кто куда.

На удивление парень в момент подкосился и присел, опираясь на портплед, но не упал.

– Насуп, – небритый в серой куртке из полиэстера громко выплюнул кличку, что обозначала приказ действовать.

Мужик в черной толстовке выбил портплед. Парню запечатал кулаком в ухо, из отверстия показалась кровь.

– Плеха. – снова обратился носитель серой куртки, к другому, в белой бейсболке. Тот ударил в спину парня и, не дав жертве открыть рот, четвертый, наголо бритый, не дожидаясь приказа, ударил наотмашь парня по лицу.

В вагоне кроме Олега, похожего на стильную отбивную парня и банды никого не наблюдалось. У Олега зачесались ладони, нимб подгонял развлечься. Хотя маньяком-женщиной и не пахло.

На парня сразу накинулись, выворачивали карманы, снимали часы и золотое кольцо, порвали рубашку, чтобы добраться до цепочки на груди. Она блеснула платиной и ушла от хозяина в грязные лапищи преступников.