Дед Мороз умер, рассчитывай на себя

Они как спелый плод – ты насладился им, позабыв, что не растил его, не снимал урожая. Пришла пора расплачиваться. На моем веку я много повидал, ты – первый затесавшийся к халяве. Никто до сих пор не выбирался, допускаю, что ты выберешься. Ну вроде, как и Олег исключение. Но он покинул твой мир, а в мои лапы не попал. Жучок, как успокоительное, поможет найти крепости.

Игорь захлебывался слезами, как недавно после операции на нос, не обращая внимание на слова Сза.

– Тебя поддержит детство. – поставил точку таксист.

– Вы меня, слушаете? – возмущался жирдяй.

Сза, не обращая внимания на шумящий груз, извинился перед Игорем за то, что не предоставил свободное такси:

– Этому долбоебу пару часов надо будет, чтобы всосать, что он погиб. Потерпи бессмысленные вопли, сосредоточься на себе.

Игорь послушно плакал, погружаясь в привычную драму восприятия действительности.

Постепенно, под давлением жучка, отключаясь от окружающего дурдома, засыпал.

***

Проснулся там, где и потерялся – на лоджии, в хоромах Олега.

В дверь настойчиво звонили, он встал и поспешил открыть. На пороге стояла Лина.

– Привет, Игорь. – она красиво улыбнулась, когда лицо становится задорным и молодым. – Покажи мне Олега.

– Нет его. – Игорь, толком не понимая, который час и причины, по которым он не сделал вид, что никого нет дома. Он подсознательно выловил из памяти разговор с Егором. – Ты, успела переспать с дюжиной мужиков, думая об Олеге?

Она не растерялась, подтянулась поближе к нему и на ушко лукаво прошептала:

– Ты острый.

Такой же как Олег. От того слабый. Я полюбила бы тебя, если бы точно знала, что его больше нет.

И ушла.

Он прикрыл дверь и посмотрел на наручные часы. Семь утра. Понедельник. Работа ждала.

Игорь неспешно торопился на работу. Равномерно вышагивал, как будто с девушкой рука об руку прогуливался по парку. В голове же резвятся мысли о том, что опоздание более чем на два часа непозволительная роскошь. По приходу дело пяти минут сорвать от руководства шквал недовольства, выраженное в виде надуманных претензий по работе.

Не подталкивало ускориться.

Всмотрелся в припаркованную Bentley Mulsanne, чей государственный номер закрывал компакт диск. Диски на ней напомнили пауков с десятью лап, готовых спрыгнуть с обода и ступицы, воткнутся в сердце близлежащего прохожего человека, чтобы испить его энергии и вернуться на место. Этого хватало, чтобы не заправлять топливом автомобиль 750 километров.