Как падкий по сдельным расценкам лечил марками души богатеев

Вася перестал чесаться, чувствуя, что сгорает заживо и завалился на бок, судороги набросились на него, он как будто пылал жаром изнутри как от повышенной температуры тела при запущенной ангине.

«Здесь таких давно не ходило», – опять завыл мужик, и Васю резко отпустил жар, как будто его и не было.

Он встал, надеясь убежать из сруба, но не успел сделать шага, как услышал:

«Здесь давно не ходило таких».

Вася завалило вперед, подкошенные ноги заставили его снова опуститься на колени. Из дверного проема в избу влетел рой шмелей.

Минуя бородатого, они, одиночные создания, умудрились собраться вместе в рой и в жужжащем полете двигались к Васе.

Рой облепил, по-хозяйски обволакивая пушистой массой и цепляясь челюстями в податливую человеческую кожу, там, где она была не прикрыта, а затем в приступе конкуренции тем шмелям, кому она не досталась, впивались в неё сквозь одежду. Вася заорал благим матом и сорвался на крик.

Игорь присел на корточки рядом, справа от него. Мужичок от недовольства действия Игоря собрал в линию свои косматые брови, отрицательно замотал головой, но понимая, что тот не передумает, ударил корягой по полу и обратился к Васе:

«Ты надумал обмануть вселенную?

Думал, так и будешь ходить между?»

Вася рыдал и орал.

Тело ничего не чувствовало, была боль, невыносимая боль, мысли, зажатые стояли в пробке и не доходили к центру их понимания. Обезоруженный, он оставил управление собой на полное усмотрение этого мужичка с корягой.

Игорь вытянул левую руку.

Мужичок отрицательно замотал головой, говоря, что исцелитель идиот, но было поздно того останавливать.

Игорь не ожидал такой реакции находящего в трипе. Понимая, что это испытание Вася не переживет, он поймал того за крепкие пальцы, обернутые шмелями, и сжал их в своей широкой и худой ладони, давя насекомых. Пчелы тут же синхронно разделились и облепили Игоря – он заорал от нахлынувшего накала боли.

«Покайся, покайСЯ, поКАЙСЯ, ПОКАЙСЯ», – выкрикивал мужичок, стуча посохом по полу, вытягивая слова, и заплакал.

Судороги, опять судороги, но разделенные на двоих – на Василия и Игоря.

«Ты думал, у тебя действительно имеется друг Сергей Васильевич? Это враки твоего воспалённого сознания!» – Бессовестно добивал мужик, открыл потертую книгу и зачитал.

Вася сквозь боль вспомнил, кто такой Сергей Васильевич – его единственный и надежный друг, с которым они проводили так много часов, обсуждая любые дела, любые детали, любые эмоции.