Жажда новых иллюзий

Со смирением приходил цинизм, вырубая кусты нежности. Плавающие эмбрионы указали на сложность вхождения, ценность судьбы, на которую влияют не только обстоятельства, но и характер, тонкость ума, здравомыслие. Теперь он стал чуть более настоящим, не скрывающим чувств и желаний мужчиной готовым потерпеть мир, но в определяемую им меру.

На 5м этаже, сдав на пост заключение по УЗИ, войдя в ставшую ему родной палату встречал Артура. Тот на ходу выдавал терзаемую его инфу:

– Знаю, что встречаешься с Олесей. Я познакомился с девчонкой, лежащей с ней в той же палате, зовут Зоя.

Она передала, что Олеси осталось жить неделю. Так сказал врач утром. У нее белокровие. В России теми методами и средствами, что доступно таким как мы, это полностью ни лечится и на безопасном уровне ни приостанавливается.

«Она тоже прорвалась в этот мир» – подумал Игорь, развивая рожденную утром теорию.

Игорь удивился сложности тех слов, что использовал паренек. Артур укомплектованный в спортивный костюм и кроссовки «Адидас».

Как правило, тот выкидывал бандитское, истинно солнцевское переделанное: «Чо, ты, чичу [23 - Воровской жаргон. Чича – глаз, лицо или живот.]паришь?».

А тут продуманная речь.

Кивнул ему, благодаря за новости, но ни впечатлялся, так как за трехнедельное пребывание в больнице люди мерли как мухи. Из-за необъяснимой занятости медбратьев из морга, молодым пацанам, как Игорь и Артур, раз в два или в три дня приходилось помогать медсестрам в отделении. Перекладывать умершего пациента с кровати на каталку и вести его через территорию со строгими корпусами с парой парков в дальний корпус больницы становилось обыденностью.

Смерть была рядом и слегка синий цвет кожи, встречающей тебя с соседней койки, продолжал пугать, но не удивлять. Он доказывал, что в нефрологическом[24 - Нефрология – область медицины, изучающая функции и болезни почек.] отсеке больницы риск умереть равнялся 30 процентам. Грех было жаловаться, ходили слухи о том, что в кардиологическом отсеке риск равнялся 50ти процентам. В этой лотерее Игорь желал выиграть тот билет, что на выход с грузом отличных анализов.

Игорь бесшумно, как маленькая мышка, ложился спать в обед. Он чувствовал помехи, не позволяющие, как он предпочитал, в миг отключиться. Боль корпуса никого ни оставляла равнодушным. Он чувствовал, как перед сном несчастные женщины, что насильственно потеряли вынашиваемые плоды, крутились в попытках заснуть, борясь с драматизмом. Такие места хуже кладбищ.