И Куба здесь совсем ни при чём, хотя…

 – Я бы щас и слона съел! Смотри, еврей! Чтоб все по списку! Ты меня знаешь!

– Давай, давай, проходи! Все будет! – Игорек нисколько не испугался.

Мы бросили куртки в машине. Леня опустил спинку своего сиденья и тут же завалился спать. Мы прошли мимо одинокого охранника в зал ресторана. Там было пусто.

– Тааааак! – потянул Серега и уставился на Игорька.

– Расслабься! По списку сначала виски и стейк! Садись, давай! – сказал Игорек и отодвинул свой стул.

Мы сделали заказ. Виски я пить отказался, а стейк, хоть и нехотя, но взял.

Понимал, что лучше поесть.

Серега съел свой стейк размером с две мои ладони за какую-то минуту, запивая его при этом виски, словно это был яблочный сок. После этого он ждал, пока мы закончим есть, ковыряя при этом зубочисткой во рту. Время от времени от времени подносил стакан с виски и делал большой глоток. Смотреть на это не было никаких сил.

– Давай, давай, поскорее! – торопил он нас.

Он произнес эту фразу раз десять.

Потом встал и спросил, куда идти к девкам?

– При входе вниз видел ступеньки?

Серега кивнул.

– Туда, – сказал Игорек, и мы принялись с прежним усердием жевать безвкусное сырое мясо.

Серега ушел. Я, как, впрочем, и Игорь, не смогли доесть и оставили на тарелке чуть меньше половины.

Глава 10. Культурный шок

Подойдя к охраннику, Игорек протянул две бумажки и жестом пригласил следовать за собой.

– Двести?

– Шестьсот.

Я никогда раньше не был в подобных заведениях, предпочитая женщин, которым не надо платить, хотя бы за любовь.

Конечно, бывало всякое, и иногда с друзьями в сауне мы развлекались подобным образом. Но никогда я не испытывал удовлетворения от этого. И чаще всего спустя пару часов появлялось какое-то гадливенькое состояние. Хотелось помыться, хорошо, что были в заведении, непосредственно для этого предназначенном.

Аристотель Онассис после женитьбы на Жаклин Кеннеди сказал что-то вроде: «Женщину можно получить за деньги или бесплатно, но бесплатно обычно бывает дороже».

Ему было лучше знать, ведь Жаклин его почти разорила. Аристотель, женившись, как и Сократ, стал философом.

Мы спускались вниз по длинной лестнице в полумрак. Была слышна музыка, и ее громкость возрастала с каждой ступенькой. Внизу был виден только краешек барной стойки с пивным краном. Игорек, спустившись, завернул за угол. Я последовал за ним. Глаза уже привыкли к полумраку.