Товарищ Брежнев. Большая искра

Двое мужчин примерно сорока пяти – пятидесяти лет от роду, один – явный кавказец, с чёрной как смоль шевелюрой и такими же усами, второй – лопоухий, курносый, начинающий лысеть славянин, спускались по лестнице, укрывшейся за неприметной дверью в главном холле обкома партии. Оба были из числа высшей советской номенклатуры. Сегодня они решили проинспектировать несколько дней назад сданный госкомиссии командный пункт-бомбоубежище, для краткости обычно называемый бункером. 37 метров под землю, 192 ступени лестницы, и два влиятельных человека оказываются на первом самом нижнем этаже бункера.

Встретивший их у входа на этаж сержант госбезопасности проверяет у них документы, отдаёт честь и вызывает дежурного по бункеру. Подошедший лейтенант ГБ ведёт мужчин по главному коридору и показывает помещения. Мужчины осматривают зал заседаний, заходят в кабинет, приготовленный для Верховного Главнокомандующего, и решают в нём остаться. Отпускают сопровождающего.

– Ты уверен, Анастас, что здесь всё чисто? – говорит курносый, рассматривая кабинет.

– Да не переживай ты так, кто Хозяина слушать рискнёт? – отвечает кавказец и, видя сомнение в глазах собеседника, добавляет: – Проверял я, не заказывали сюда ничего прослушивающего. Самое тихое место в стране.

– Ну смотри.

– Расслабься, Никита-джан. Лучше давай рассказывай, чего ты такой нервный в последнее время?

– Расслабишься тут. Усатый в каждом углу мерещится. – И, тряхнув головой, как будто отогнав наваждение, продолжает курносый: – Слишком всё хорошо идёт в последнее время.

Штабные вообще пророчат, что к концу года войну в Берлине, а то и в Париже закончим. И как в такой обстановке с нашими планами быть?

– Нормально с нашими планами всё.

– Но как мы теперь усатого скинуть сможем? Проморгали мы момент, надо было в начале осени переворот делать, раз в сорок первом не решились, а сейчас нам Сталину предъявить нечего. Промышленность наконец нормально заработала, армия немцев бьёт, и успешно бьёт. Хрен кто за нами пойдёт в такой ситуации.

Даже если попытаемся опять с немцами в поддавки сыграть, ни черта не получится. Нет у Гитлера сил воспользоваться подставой. Да и Гошу с Семёном и Кириллом потихоньку от реальных дел Сталин начинает отстранять, – заводится Никита.

– Да, Гоша немного туповат, прёт, как бык. Часто не думает, что мелет. Надо с ним поосторожнее.

– Сталин новых героев начал растить, Рокоссовскому генерал-полковника дал, ещё этот клоун Брежнев вылез.