Ангел в петле

И солнечный луч, пролетевший, как чужая звезда, мимо…

16

– Смотри-ка, ты ведь прав оказался, – вздохнула мать, – да что ж это они помирают друг за другом? Черненко-то. А ведь таким крепышом казался…

– Михал Сергеича уже выбрали?

– Какого Михал Сергеича?

– Горбачева.

– А кто это, тот, что с пятном на темени?

– Точно.

– А что, его должны выбрать?

– Говорят, да.

– Да нет пока еще… Поглядим. Хотелось бы молодого. А то ведь перед другими странами стыдно. Кого ни поставят, сразу в гроб.

Куда это годится?

17

– У меня новая возможность появилась – продвинуться, – сказал ему Кузин в присутствии Николая Шебуева, своего друга и зама. И пояснил: – В «город» уйти.

Савинов покорно слушал своего шефа.

– Иван Иванович Дыбенко, председатель областного комитета ВЛКСМ, нас с Николаем, – Кузин кивнул на Шебуева, – повышает. Меня – вторым, Николая – третьим. Представь себе. Сам-то Иван Иванович, поговаривают, скоро собирается в Москву перебираться. Самых близких заберет с собой.

А мы – наверх поползем. «Такие кадры, как вы, – сказал товарищ Дыбенко, – мне в тылу еще понадобятся!» Чуешь, Дима?! То-то!

Шебуев, известный выпивоха, бабник и пламенный агитатор, получавший неведомое Савинову удовольствие от своей партийной болтовни, самодовольно улыбался.

– Так вот о тебе, Савинов, – продолжал Кузин. – Я буду тебя рекомендовать на свое место. Ты – лучший среди моей команды. После Николая, конечно. Повезет, станешь первым секретарем Ленинского райкома.

Савинов благодарно кивнул:

– О большем я и мечтать не мог.

Кузин подмигнул Шебуеву:

– Потянет, думаешь?

Шебуев деловито прищурил один глаз. Помолчал. Он любил такие вот паузы…

Савинов вспомнил безобидную историю, связанную с Колей Шебуевым. Безобидную и неприятную одновременно. Тогда Шебуев с Кузиным еще только начинали трудиться на комсомольской ниве. Рвались вперед. Окрыленными были. Молодыми. Им открывались перспективы. Рапортовали, ораторствовали. Первые загранпоездки.

Вначале соцлагерь – Болгария, Польша, потом ГДР и Югославия. И вот, наконец, Париж. Где-то в подземке, окончательно заплутавшись, отбившись от экскурсовода, группа молодых подвыпивших идеологов из СССР уже почти отчаялась отыскать Лувр. Вот тогда Шебуев ловит молодого негра, говорит: «Пардон, – и следом на родном своем языке спрашивает. – Слушай, обезьяна, скажи, где тут этот ваш долбанный Лувр? У нас там важная встреча. Понимаешь меня?» Нет, негр их не понял.