Белоснежка и медведь-убийца

Сколько раз они созванивались, сколько раз общались по скайпу, но никогда не заводили разговор – даже намеком! – на тот поцелуй, которым Юля так нежно попрощалась с ним, Кириллом Белозерским, на обочине дороги у Черного городища. Потому что тот поцелуй был совсем не братским. Сердечным, благодарным, нежным, женским, это да…

Юля уселась в люльку.

– Класс!.. Скажи честно, а машины у тебя нет, ну там, хоть какой-нибудь?

– Честно? Есть. Но я же оригинал.

– Как мы все: Феофан Феофанович, ты и я.

Разве обыкновенная девушка поехала бы на охоту за медведем-призраком?

– Но ты же необыкновенная.

– Вот и я о том же.

– Как там Георгий? – вдруг спросил Следопыт.

– Учится Георгий, – прохладно ответила Юля и надела шлем.

Она не хотела говорить на эту тему, закрыла ее, и он не стал приставать с расспросами. «Урал» зарычал и медленно поехал назад, из ряда машин…

Через полчаса они въехали уже в ночной город, ярко светившийся огнями. Странно, думала Юля, в этом городе у нее так ярко вспыхнула любовь, чтобы, не разгоревшись, погаснуть.

Эх, Гоша, Гоша! И все-таки что-то связывало ее с этим городом, связывало через сердце, что-то звало ее сюда. Так бывает – мудрецы называют такие ощущения интуициями, они есть в каждом человеке. Главное – услышать, почувствовать…

Скоро они остановились у ветхого особнячка на улице Репина. Домишко с подслеповатыми арочными окнами чуть клонился на левый бок. Юля помнила эти крохотные балкончики с декоративными портиками над ними.

Кирпичи по-прежнему грозились случайным падением. Уродливые карагачи пожелтели. Тускло горели фонари по краю тротуара. Несомненно, семиярцы экономили на электричестве.

Они вошли во двор, замок на дверях был все так же сломан, дверь открыта.

– Там высокий порог, – предупредил Кирилл.

– Да помню я. Гоша чуть не расшибся тут летом.

Они переступили порог из одного мира в другой. Тут жил сказочник, маг и чародей, теперь назад ходу не было. Так подумала Юля, когда почувствовала запах сырости и плесени, сейчас, осенью, особенно сильный.

– Ну, впрямь ведь как в могиле, – вырвалось у нее. – Раз волшебник, значит, должен жить вот так. В тридевятом царстве, в тридесятом государстве.

Кирилл только улыбнулся и промолчал. Как там сказал еще вчера по скайпу маг и волшебник: «Столичная штучка!»

Они преодолели один марш и оказались все в том же длинном коридоре, свернули направо и скоро стояли перед дверью с номером «8».