На другой стороне

Денис хотел себе автомат или настоящий железный меч, острый, как тридцать семь процентов шуток Митяя – то есть лучшая их часть – но решил, что хочет для начала себе нечто, чем этот меч можно было бы держать.

– Ну, скажи.

Человечек ждал. Денис почувствовал укол страха. Хотя рядом с этим малявкой не хотелось бояться. Это был… ну, наверное, предупредительный укол.

– И скажу… – он оглядел свои призрачные ладони – ладони обыкновенного среднестатистического мальчишки, от царапин на пальцах до грязи под ногтями.

 – Ну, например, у меня кожа посмуглее, чем сейчас, волосы светлые и не такие длинные. Мама говорит, что если я не буду стричься, то это значит, что я либо девчонка, либо морской капитан… но я же не морской капитан… А глаза, пожалуйста, карие!

Денис замолчал, сообразив, что если вокруг по-прежнему будет так пусто, он никогда не сможет почувствовать своих глаз. Да и какая, в самом деле, разница, какого они цвета?

– Дальше, – подбодрил малыш. За бликующими непонятно отчего стёклами очков зажёгся огонёк интереса.

Денис окончательно осмелел и потянулся к своей голове, чтобы понять, какие детали ощущаются не так, как должны.

– Ещё у меня уши не такие оттопыренные… эээ, совсем не оттопыренные. Голос, как у Железного Человека из фильма… нет, нет, стой, сделай как было. А ещё – вот! – татуировка в виде маленького чёрного якоря на правой кисти…

Всё, что называл Денис, появлялось, так, будто его быстро-быстро рисовал какой-то художник-виртуоз. Хотя нет, виртуозы, они не такие.

Виртуозы рисуют полотна, где люди с надменными лицами застыли в нелепых позах, а эти локти с царапинами, и эти костяшки, и картинку с якорем рисовал художник-комиксист. Это было очень приятно. Денису почудилось, будто он чувствует, как волосы на затылке быстро-быстро вырисовывает ручка в чьей-то руке. Стало щекотно, но Денис постарался не дёргаться, чтобы не испортить невидимому художнику работу.

– Скажи, как ты всё это делаешь?

– Не я. ДРУГАЯ СТОРОНА.

– Что за сторона? – спросил Денис. Название это показалось ему до ужаса зловещим, и вот тут он по-настоящему испугался. Робко попросил, в последний момент осознав, что он голый:

– А можно мне какую-нибудь одежду?

– Я не гардеробщица. Попроси.

Одежда появилась. Это была "какая-нибудь" одежда, которую и просил Денис, поэтому ему пришлось выбираться из просторного индийского сари и каких-то невозможных штанов с раструбами, похожими на трубы паровоза.