История начинается. Часть I

Он был богат, но при этом неимоверно беден.

Проходившие мимо люди охотно брали то, что лежало в шляпе. А получив то, зачем этот несчастный гонялся всю жизнь, растворялись в серой мгле. Становилось всё темнее.

С каждой купюрой, уходившей прочь, человек всё больше умирал. Он никогда никому не был нужен. Терзающая, рвущая его на части боль, воплощала в себе искупление греха. Кончина была предрешена, он это знал…

И всё проходило, скрываясь за крупными мазками кисти всевышнего Художника. Вихрь драмы, начатый прошедшим временем, утихал.

И хотелось верить, что это только сон.

    16.09.2010

Мальчик

Далёкий-далёкий континент. Далёкий потому, что не родной…

…нет, его никто не спрашивал: хочешь или нет. Его, маленького мальчика из провинциального детдома, просто взяли, посадили в самолёт и увезли. Ему сказали, что он будет жить отныне в семье. У него будет мама и папа. Мальчик ждал это. Он – бедный – мечтал, когда это наступит, всю свою жизнь. Все четыре года.

Как он оказался в детдоме? Он не знал.

Ему только говорили, что он сирота. Что это такое? Сирота? Когда один? Совсем один? Значит, он сирота с рождения.

И вот он летит на самолёте – туда, далеко, за океан. На машине с крыльями. Железными крыльями – как это странно…

Его новый дом, его семья, его мама, его папа. Так это они? Это те люди, что отдали его, беззащитного, маленького туда, (взгляд) в то здание, где много, очень много таких, как он? Но зачем? Почему?..

– Мама! – он не знал, что ещё сказать.

Он кинулся на шею этой женщине. «Так вот она, мама!»

Но она отстранила его от себя, не дав даже дотронуться. В её взгляде читалось сильное недоумение и (О, неужели? Почему? – мелькнуло у мальчика) лёгкое омерзение.

– What he told?[1 - Что он сказал? (англ.)] – спросила она у стоящего рядом мужчины.

– I didn’t understand, it likely in Russian[2 - Я не понял, это, наверно, по-русски. (англ.)], – ответил он.

Боль пронзила маленькое тело. «Я ей не нравлюсь? Почему? Чем я ей не нравлюсь? Я так люблю её, я так любил её всю свою жизнь».

Мальчик оглянулся на мужчину. И с неверием в голосе тихо прошептал:

– Папа?

Но тот не обратил на эти слова, которые, на самом деле, уже были воплем отчаяния, никакого внимания и спокойно, как ни в чём не бывало, сказал женщине:

– The boy doesn’t know English yet, he needs a time. At first he should be cleaned[3 - Мальчик ещё не знает английский язык, на изучение понадобится время. А сейчас его надо помыть.