Николай Второй. Первая мировая война, 1894 год. Книга восьмая

– Но у Константина Константиновича четверо детей малолетних, а супруга беременна пятым. Да и она немецкая принцесса, боюсь, будут проблемы с Вильгельмом Вторым.

– Но ещё и наша родственница, поэтому, как родит, через пять дней постричь её и в женский монастырь.

– Родной брат! Почему? – спросил вслух отец.

Я взял ещё один лист из папки и, сверившись с ним, произнёс:

– Он не простил тебе, отец, что ты не встал на его защиту в браке с Жуковской. И после смерти вашего отца вы не вернули его сыну титул.

– Ты же понимаешь, что другого выхода в той ситуации не было?

– Я же не осуждаю тебя отец, я передаю те слова, которые он неосторожно высказывает иногда. Его неприятие интересов семьи и престола мне не симпатизируют. Я сам был вынужден отказаться от повеления сердца и выбирать свою жену из тех кандидаток, которые были выгодны империи. Хотя по молодости лет я и осуждал тебя, отец, за твоё нежелание идти навстречу мне, – произнёс я, немного смутившись.

– Тогда решили, на этом и закончим наше совещание, – сказал отец и вышел из комнаты.

– Князь, будете арестовывать князей, смотрите, чтобы обошлось без стрельбы, напоите их, что ли. И не нужно огласки, пусть всё пройдёт тихо, нам и казней хватит. Через пару дней напишите, что князья отяготели от мирской жизни и приняли решение уйти в монастырь, отказавшись от своих титулов. Что там с английским следом?

– Расследование завершено, участники со стороны английского посольства выявлены, но без международного скандала их не арестовать.

Оба сейчас приписаны к посольству и являются его дипломатами.

– Если они исчезнут по дороге в Англию, то чем это нам грозит? – спросил я.

– Доказать нашу причастность в этом случае будет невозможно.

– В таком случае нужно подделать запрос на их отзыв из нашей страны. Подготовьте возможность их похищения прямо с корабля. Продумайте операцию, и самое главное, что они не должны покончить с собой. Сразу после похищения отправьте их в мою секретную тюрьму. Они должны быть готовы дать признательные показания к августу месяцу.

Мне нужен официальный повод для бомбардировки Лондона. Это будет моя личная война с Англией и вмешивать в неё нашу страну я не собираюсь. Застрахуйте имущество в европейских фирмах, принадлежащих англичанам, как это сделали с грузами и кораблями, которые потопил английский флот.

На этом мы завершили беседу, и я отправился к себе в кабинет, чтобы продолжить работать над предстоящей военной операцией.