Городская Сказка

– Давай вечером встретимся, погуляем?

– В принципе я не против. Давай я, тебе часов в шесть вечера позвоню.

– Тогда жду звонка. Сказал я. И положил трубку.

В магазине купив продуты, я взял пакеты и пошёл домой.

Дома разложив еду по полкам холодильника, я вспомнил про свёрток.

Сев в кресло и взяв кожаный кулёк в руки, я начал развязывать узелки кожаного шнурка. Развязав и развернув кожаную обёртку. Я увидел её содержимое. А это была старая чёрная книга в потёртой обложке с металлическим замком.

Общая тетрадь и пара открытых писем. Я попытался открыть книгу, но она была прочно закрыта замком. Взяв письма, я в недоумении посмотрел на чистые лист бумаги. Тогда я взял тетрадь. Открыв её, я сначала увидел чистый лист бумаги. Но как только я всмотрелся в лист, я стал замечать, как на тетрадных листах стали проявляться буквы и складываться в слова.

Здравствуй мой Родич. Если ты видишь, и читаешь эти строки, значит, в тебе течёт моя кровь и у тебя есть дар, так же как и у меня.

Великое благо и великое проклятие. Меня зовут Валенсия Шанторская. Я Графиня графства Шантор. Единственная дочь славного графа Вито Шантора. Я родилась в мире Ализбар, это был сказочный мир. В котором Драконы и единороги были так же естественны, как и самолёты и машины в этом мире. Наш мир шёл по пути не прогресса, а магии. Школы, университеты, академии магии и каждый мог в неё поступить, если у него была искра дара. Я родилась там, я росла в любви и ласке, ни в чём не нуждаясь. Ведь я была единственным ребёнком графа. В шесть лет у меня открылся дар к магии. Как же мои мать и отец были рады. Это же какая гордость единственный ребёнок в семье, и у него дар. Через год меня отдали в школу магии, где меня учили лучшие учителя нашего королевства. В то время мне казалось, что жизнь у меня словно яркая картинка, и весь мир кружится только вокруг меня. Какая же я была тогда глупая. Беда подкралась, откуда мы её не ждали. Моя мама, моя бедная мама. Когда мне было восемь лет, она заболела и, тихо умерла. Отец не смог оправиться от этой потери и стал часто пить. Через шесть лет, когда мне исполнилось уже шестнадцать лет, он умер с бутылкой вина в руках. Как позже выяснилось, в вине был яд. К тому времени я ещё не достигла совершеннолетия, и моим опекуном стал дядя Ланд Шанторский. О, это был ещё тот мерзкий тип. До завершения обучения мне оставалось, каких-то, три года обучения. И дядя под предлогом не законченной учёбы выслал меня из дома в академию.