Проект «Миры пяти солнц». Охотники за прошлым

Волк понял, что её легкая возбужденность скорее из-за профессионального любопытства, но, на самом деле девушку ждало небольшое откровение, связанное с личной жизнью, а не с тайнами мироздания, способными пошатнуть устоявшийся миропорядок.

Даниил протянул ладони:

– Возьми меня за руки и скажи, что чувствуешь?

Девушка повернулась немного к нему, взяла его за руки и прислушалась к своим ощущениям. Ничего сверхъестественного она не почувствовала, подняв на него глаза, проговорила:

– М… Сильные мужские руки… Не рабочие, а достаточно нежные.

– Нежные, теплые, живые… – голос парня приобрел хрипотцу и стал более глубоким.

Он выпустил пальцы Жени и стал расстёгивать рубашку. Она настороженно посмотрела на него, сразу осознав, к чему он клонит. На всякий случай включила камеру в линзах.

– Допустим…

Дойдя до середины груди, Даниил замер и внимательно посмотрел на Женю. Система контроля окружения сообщила ему, что девушка начала вести видеозапись.

Он стянул рубашку с левого плеча, обнажая тонкий, едва заметный шрам.

– Видишь, ты даже не заметила, что одна из рук не настоящая. Мне оторвало её, когда я попал в аварию в Токио на незаконных гонках по городу.

Молодой человек вернул ткань на место:

– Японцы достигли потрясающего прогресса в робототехнике и протезировании. Но эта история навсегда отбила у меня охоту рисковать своей жизнью.

Журналистка удивленно моргнула и завершила запись, решив, что вести ее незачем, раз нападения нет.

– Удивительно… Никогда бы об этом не подумала. Но разве археологические раскопки и решение загадок не несут за собой тоже определённую долю риска?

И все же Женя не могла не признать, что увиденное ею было весьма обворожительным: у Даниила было красивое тело.

– Несёт, – кивнул он в ответ.

Волк вздохнул и провел по лицу ладонью, словно стирая с него что-то липкое. А может снимая маску?

– Мне хочется верить, что есть способы сделать мир, если не лучше, то, хотя бы, подтолкнуть его вперёд. Наша цивилизация словно уткнулась в некий предел, когда человеческие страхи и жажда выгоды тянет её назад, в противовес к стремлению мечтателей идти дальше.

Он нахмурился.