Выбор

Власов старший думал, рассматривая старинную массивную мебель и предметы интерьера, – а может быть Лиге нет дела до агентства? Им нужна лишь только жизнь моя и сына, чтобы мы замолчали, похоронив знание о них и не передав более никому? Если случится так, что меня и сына устранят в самое ближайшее время, то что со всем созданным нами будет?

Вдруг, как это бывает, в бесконечном потоке размышлений и безумных идей родилась новая мысль, едва не соскользнувшая шёпотом с языка в ночи, – как и кому передать знание о Хранилище и незримом собеседнике? Нужна новая кровь, новые кадры, чистое независимое сознание.

– Ну давай, подскажи же! – вдруг обратил Игорь Клементьевич вслух к прозрачному голубому аквамаринового оттенка восьмигранному кристаллу, весившему на шее под одеждой как амулет, – ты всю жизнь давал моим предкам и мне советы… подскажи как поступить сейчас, как найти нужного для нас человека? Направь.

Кристалл, как его всю жизнь называли люди рода Власовых легонько завибрировал, соприкасаясь кожей человека. Внутри него происходили собственные вычисления перехват, анализ распределение потоков энергии, с неимоверной скоростью пронизывающей пространство всего и вся. И элемент, не раскрывая полный сценарий для своего подопечного, лишь отозвался в сознании человека тёплой вибрацией и сюрреалистическим голосом, прошептавшим где-то в затылке, – ожидай.

Беги

Англия, шоссе А-2

30 марта 2009 года, полночь.

Графство Кент.

Миновав Уитфид и уйдя на круге на северо-запад по живописному шоссе Довер-роуд и пролегающему в районе Национального природного заповедника Лидден Темпл Юэлл Нешнел среди обширных сельскохозяйственных угодий, нарезанных ячейками и разделённых посадками деревьев полей, погруженных в тихую весеннюю полночь, Кристиан гнал Range Rover как этого позволяли ограничения скорости и редкие встречные автомобили.

Глянув в зеркало заднего вида, Берковский младший подметил среди мрака яркие ходовые огни двух чёрных баварских седанов, выдерживающих стабильную дистанцию для слежки, упавших на хвост ещё во французском Кале, проследовав за ним на многолюдной паромной переправе через пролив Па-де-Кале, и не отпустивших его после недолгих петляний по Дувру.