Контакт – Сибирь

Возле университетского общежития студенты размахивали плакатами, смеялись и что-то выкрикивали. На плакатах было написано: «Привет братьям и сестрам по разуму!», «Будем ездить друг к другу в гости!», «Все на курсы вардеманского!».

– Весна. Радуются жизни.

– Как телята?

– Угу.

– Это они про инопланетян?

– Наверное.

– А ты ящик, вообще, смотришь? Наши бабы очень интересуются планетянами. Вот, Иула нравится, говорят, самостоятельная, серьёзная девушка. А ещё болтают, что между Друнгом и Евгорой что-то есть.

– Приехали, – сказал Пивнев.

Большое помещение с выбитым цементным полом и неровными стенами с зелёными казёнными панелями было заполнено людьми. Пивнев остановился, пытаясь определить, к какому окошечку меньше очередь. Немолодые плохо одетые мужчины, накачанные коренастые парни, но больше всего невесёлых женщин всех возрастов и типов.

– Это тебе, наверное, – толкнул его Антон. Недалеко от заветного окошка кто-то махал рукой.

– Эй, Доцент, я тебе давно очередь держу, давай сюда.

 – Пивнев узнал его. Встречались когда-то в борцовском зале, оттуда и борцовская кличка «Доцент». Петя, по кличке «Чмырь». Сейчас, по слухам, владелец большого водочного завода. Это, скорей всего, его «Хаммер» на стоянке. Не по чину ему самому носить передачу, видно, таким образом выражает кому-то своё особое почтение. Не хотелось Пивневу под враждебными взглядами очереди идти туда. Но делать нечего, иначе придётся стоять до вечера.

– Ну, как ты, всё книжки пишешь? – спросил Чмырь после рукопожатий и захохотал.

Стоящие за спиной амбалы тоже изобразили презрительные улыбки по поводу такого пустого занятия. Все они были в новеньких тёмных костюмах, при галстуках, туфли зеркально сверкали.

– А что ты с утра такой нарядный, – спросил в ответ Пивнев, – прямо охранник в борделе.

– Не знаю, не бывал.

– Импотент? – Борцовские сборы, студенческая общага и казарма закалили Пивнева в подобных дискуссиях. Отвернувшись от троицы, он подтолкнул Антона к окошку, за которым усталая женщина безмолвно ждала, пока Антон выкладывал сигареты, мивину, бульонные кубики и полиэтиленовые пакеты с карамелью и печеньем.

После тюрьмы «Хонда» Пивнева направилась в старый район, где среди чёрных от времени деревянных домов и крепеньких, ещё дореволюционных, кирпичных строений с железными крышами уже воткнулись крутые коттеджи со спутниковыми антеннами и заборами из облицовочного кирпича.