Кровь Абхарта

Выжженная потрескавшаяся багровая земля под ногами готова была рассыпаться под тяжестью нескольких тысяч бойцов, готовых в любое мгновение подняться в воздух и сражаться, пока бог смерти не заберет своих жертв. Мечи в ножнах звенели от нетерпения, щиты были наготове, крылья были приведены в боевую позицию, маги позади уже чертили знаки Абхарта на земле, чтобы легче и быстрее было произносить заклинания.

Война задевала жизни всех и каждого на планете. Продолжительностью в вечность, она приносила страдания и горе, огонь и разрушения.

Рев воинов, боевой клич переходил постепенно в оглушительный плач… Плакала планета. Она, будто живой организм, впитывала в себя хаос и негативную энергию, от чего становилась бомбой замедленного действия. Еще чуть-чуть и…

Костя резко вскочил со своей постели. Сна не было ни в одном глазу: холодный пот прошибал насквозь, мурашки по телу и безумное жжение в груди мигом стерли усталость и следы дремы. Тяжело дыша, он понемногу приходил в себя ото сна. Еще секунду назад он отчетливо чувствовал безумную боль, стоны бесконечности бойцов отдавались в ушах, а все тело будто ныло от ран.

Костя посмотрел в окно.

Ночь почти подошла к концу. Звездное небо ковром покрыло все вплоть до горизонта, где уже чуть начинала светлеть тоненькая полоска, предвещавшая рассвет. Рядом на кровати лежала Де’ра и, чуть посапывая, спала беспробудным сном.

Стоп. Похитительница спит, а значит… Костя чуть не запрыгал от радости. Волнение подступило к самому горлу, скрутило живот. Подзельцев, разнервничавшись, чуть не уронил настольную лампу, запирая за собой дверь номера.

***

Вот и щель. Почти незаметная на Земле, но очень яркая на Абхарте, она расположилась чуть поодаль от небольшой Австралийской деревушки. Последний раз он тут был, когда прилетел на планету и даже не думал, что все затянется на целый год. Хотя для дракона год – не так уж и много. Все относительно.

Разлом увеличился в размере с тех пор, как Райхик видел его в предыдущий раз. Причем основательно.

Теперь туда без труда смог бы пролезть даже человек. Щель выглядела абсолютно спокойной, не агрессивной: просто тихонькое, еле слышимое гудение и только слабое, полупрозрачное красноватое свечение выделяло ее из окружающего пейзажа. Австралийская глушь казалась самым спокойным местом на планете, и только разлом выбивался из общей картины. Но, если не приглядываться, его можно было даже и не заметить.

Райхик пока приходил в себя после межконтинентального прыжка.