Дети палача. Месть иссушает душу

При других обстоятельствах, решил Фарамор, она бы прыгала от восторга, оказавшись здесь.

К вечеру дошли до моста через ручей, за которым тракт уходил вправо, а от него ответвлялась проселочная дорога. На тронутом гнилью указателе были вырезаны слова «Совиное Око».

Они свернули на просеку. Фарамор обратил внимание, что дорога заросла травой. Колея, оставленная колесами телег, покрылась мхом. Создавалось впечатление, что здесь давно никто не проходил и не проезжал. Он почувствовал легкую тревогу. Не могут же жители деревни так редко пользоваться этим путем, что он зарос травой?

Скоро они увидели прибитую к стволу дуба широкую доску, на которой корявыми буквами неизвестный умелец вырезал слова: «Сэдра здесь.

Восславим!». Невея вслух прочла надпись, удивленно подняла брови и спросила:

– Фар, а кто такая Сэдра?

Он почесал затылок.

– Я не знаю. Но мы придем в деревню и все выясним.

Они отправились дальше. Лес медленно погружался в сумерки. В шелест листьев вплетался гул многочисленной мошкары, витавшей в воздухе подобно пеплу.

У Фарамора не выходила из головы эта надпись «Сэдра здесь. Восславим!». Она почему-то пугала. И кому вообще могла прийти в голову мысль приколотить доску с такой странной надписью посреди тропы?

Лес расступился, и они вышли на опушку. Далее, за заросшими бурьяном огородами стояли темные бревенчатые дома. Деревня выглядела безлюдной. Покосившиеся изгороди обвивал плющ, подворья заросли бурьяном. В сгущающихся сумерках неухоженные строения походили на гнилые пни с черными дуплами окон и распахнутыми веками ставен.

– Фар, мне здесь не нравится, – тихо сообщила Невея и поежилась.

– Мне тоже, – сказал Фарамор. – Похоже, люди отсюда ушли. Но не страшно, мы найдем какой-нибудь дом почище и переночуем.

На самом деле ему было не по себе. От деревни словно веяло холодом.

«Почему люди покинули ее? – думал он. – А может, здесь был мор и все жители Совиного Ока мертвы?»

Фарамора пробрала дрожь от этой мысли. Впрочем, он решил, что если здесь и был мор, то от него не осталось и следа, а значит, ему и Невее нечего опасаться.

Они направились в деревню. При въезде в поселение между двух высоких столбов висела длинная доска. Вырезанная надпись на ней гласила: «Обитель. Сэдра здесь. Восславим!» Возле одного их домов лежал скелет коровы. Из глазниц рогатого черепа пророс чертополох. Невея покосилась на белые кости и прижалась к брату.

– Все хорошо, – сказал Фарамор. – Не бойся.

Они прошли мимо кузницы.