Дети палача. Месть иссушает душу

Ноги затекли, но он все же быстро подошел и открыл дверь. В переднюю ввалились двое законников. Их взгляды не предвещали ничего хорошего.

– Твой отец, парень, обвиняется в участии в заговоре против государя! – резко, с металлом в голосе сказал один из них.

Внутри у Фарамора все похолодело. Внизу живота появилась тяжесть. Слова законника врезались в сознание, как таран в ворота осажденной крепости, разнося их в щепки.

– Но… но, как же суд? – в голосе пересохло, и голос Фарамора походил на кряхтение старика.

– Суд уже состоялся. Твой отец полностью признал свою вину, и сегодня в полдень ему отрубят голову.

– Нет! – чувствуя, как тело наполняется слабостью, выдохнул Фарамор.

– Вам с сестрой разрешено присутствовать на казни, – без единого намека на сочувствие продолжал законник. – После чего вы должны навсегда покинуть город. По закону вам разрешается взять с собой столько добра, сколько сможете унести… Кроме денег и драгоценностей.

В дверном проеме спальни появилась заспанная Невея.

При виде законников ее глаза округлились. В серых радужках отразился падающий из окна свет.

– Фар, что случилось? – ее голос дрожал.

«Что… что ей ответить?! Что?» – разум Фарамора стонал в поисках ответа.

– Твой папаша сегодня лишится головы, малышка, – ухмыляясь, сказал законник, чем заслужил осуждающий взгляд своего старшего товарища, по всей видимости, имевшего представление о сочувствие.

Фарамор опустился на колени и закрыл лицо ладонями, не желая видеть реакцию сестры на эти слова.

Он беззвучно зарыдал, изо всех сил подавляя рвущийся из легких крик и проклиная себя за эту слабость. Но ничего не мог поделать. Мир рухнул. Прошлое и будущее затягивала мгла, оставляя лишь этот наполненный болью островок настоящего. Фарамор почувствовал на голове мягкую ладонь сестры. Невея погладила его, пытаясь успокоить. Он подумал, что она сильная, гораздо сильнее него. Ему надо взять себя в руки. Во что бы то ни стало, нужно взять себя в руки.

Он медленно поднялся с колен, чувствуя тошноту и злясь на свою слабость.

Не сразу, но посмотрел в глаза законнику:

– Кто будет палачом?

– Гейдер. Тюремщик Гейдер. Его назначили на место вашего отца.

Под присмотром законников Фарамор собирал вещи. Невея сидела на лавке возле окна, крепко прижимая к себе куклу. Глаза девочки блестели от слез, но она упорно держалась, чтобы не расплакаться в голос.

Фарамор набил полную сумку припасов; в мешок положил одежду и кухонную утварь.