Великий Аттрактор

Несколько человек в дорогих деловых костюмах вжимались в стену напротив занавешенных тяжёлыми шторами окон. Некоторых из них Света и Костя знали по именам, других только видели в выпусках местных новостей или на предвыборных рекламных биллбордах.

В середине зала напротив перепуганных людей возвышалась фигура в форме офицера НКВД, в чёрном кожаном плаще и фуражке. Офицер неторопливо поднял руку, в которой поблескивал чёрный пистолет, и направил его на пухлого мужчину в очках с золотой оправой.

– Расхищение социалистической собственности, – прозвучал твёрдый и словно заполняющий собой всё пространство голос, – Приговор: «расстрел».

Без какой либо паузы последовал выстрел. Закатив глаза, мужчина съехал по стенке с кровоточащей точкой во лбу. Офицер сделал следующий шаг вдоль стены, немигающими глазами смотря в лицо следующего человека.

– Вредительство на производстве. Приписки. Приговор: «расстрел».

Высокий мужчина в костюме из ткани в мелкий рубчик упал вперёд лицом. Послышались истеричные женские крики.

– Госспади, да вызовите кто-нибудь полицию! Я не хочу умирать! – крашеная блондинка предпенсионного возраста закрыла голову сумочкой.

– Взяточничество. Приговор: «расстрел».

Пуля прошла сквозь дорогую кожу брендовой вещицы, и блондинка, пошатнувшись, упала на своего долговязого коллегу.

– Стой! Я приказываю тебе остановиться! – набравшись смелости, выпалил Константин.

Офицер медленно повернул голову и посмотрел на стоявших в дверях молодых людей так, что от его взгляда словно повеяло холодком.

– Служу трудовому народу…– он вновь отвернулся и неторопливо поднял пистолет.

– Постойте, товарищ! – взвизгнул мужчина в красном галстуке, присевший на корточки и сжавшийся всем телом – я депутат от фракции коммунистов…

– Встать! – резко скомандовал офицер.

– Я от фракции коммунистов… – повторил депутат, поднимаясь.

– Измена Родине. Приговор: «расстрел».

Закончив, НКВДшник спокойно убрал пистолет в кобуру и невозмутимо двинулся к выходу из зала прямо на Костю и Свету, не мигая, глядя сквозь них.

– Да что ты творишь, бл*дь?! Нельзя убивать людей! – вдруг крикнула Света, сама осознав, как наивно в данной ситуации звучало это утверждение. Тем не менее, её слова почему-то заставили офицера остановиться и перевести на неё свой холодный немигающий взгляд.

– Смерть врагам трудового народа и нарушителям социалистической законности, – своим тяжёлым, всё заполняющим голосом, проговорил НКВДшник.