Тень дьявола

Он поднялся по ступеням здания, вошёл в фойе, здороваясь по дороге со своими сослуживцами, и быстро взбежал по лестнице на второй этаж. День уже начался. Департамент давно был наводнён полицейскими. Гул голосов доносился из закрытых кабинетов; где-то громкий, где-то тише. Кто-то кого-то отчитывал, слишком даже рьяно. Купер ухмыльнулся, и перепрыгивая через ступеньки, поднялся на третий этаж. Свернув направо, он дошёл до конца коридора, остановился перед дверью, на которой красовалась дощечка с надписью «Комиссар Оррел Прайс» и негромко постучал.

– Да!– донеслось оттуда.

Купер вошёл в хорошо обставленный кабинет, с большими и просторными окнами. Пол в кабинете был весь из дорогого паркета, возле стены слева, возвышались высокие, длинные шкафы из натурального дуба. Посреди комнаты стоял длиннющий стол из ясеня, с задвинутыми под него двумя рядами стульев. За столом, в удобном, кожаном кресле сидел сам комиссар полиции, Оррел Прайс, высокий, очень плотный мужчина пятидесяти четырёх лет, с редкими, седыми волосами, и проницательными, карими глазами.

Пост свой он занимал уже второй год. И сидеть ему оставалось ещё почти полтора года, так как в Нью-Йорке комиссаров полиции переизбирали каждые три года, наверное, для того, что бы главный полицейский города не успел погрязнуть в коррупции. Комиссар сидел в белой, накрахмаленной рубашке; чёрный китель с позолоченными знаками отличия на лацканах и на плечах весел на стоявшей возле стены длинной, железной вешалке. Высокая, чёрная фуражка весела там же. Комиссар что-то писал, легка склонив голову над столом. При появлении лейтенанта Купера, Прайс кинул быстрый взгляд в его сторону, перестал писать, отложил в сторону ручку и выпрямился в своём кресле.

– Доброе утро, комиссар!– поздоровался Купер, остановившись в самом начале стола.

– Доброе утро, лейтенант!– голосом человека, знавшего, какое место он занимает, произнёс Прайс.– Проходи, присаживайся.

Купер подошёл ближе к комиссару, отодвинул один из стульев, и уселся в него, положив перед собой небольшую папку.

Комиссар Прайс взглянул на лейтенанта жёстким и непреклонным взглядом и спросил, не размениваясь на любезности:

– Что у тебя там по делу о расчлененных трупах? Мне уже несколько рас звонили сверху, и выказывали своё недовольство. Ты раскопал что-нибудь? Вчера мне так же звонил твой непосредственный начальник, капитан Джеймс Моррис, и сказал, что ты на ближайшие, две, три недели будешь заменять его, пока он в отъезде.