Месть Империи 2. Боги Севера

 – Если я не вернусь, то расскажешь тем, от кого эти люди бегут, в какую сторону мы отплыли.

Он говорил эти слова внуку, но адресовались они в первую очередь Фарлану. Тот уже было решил возразить, но Ольгерд его опередил:

– Договорились! Мы вас не тронем, а вы обещаете, что наше маленькое путешествие останется в тайне.

–

Под рев северного ветра катились тяжелые холодные волны, и утлая лодчонка то вскарабкивалась на гребень, а то, зарываясь в кипящую пену бурунов, летела в темную пропасть. Зарифленный парус гнул мачту, и суденышко неслось вперед, как бреющая над водой чайка.

Старик сидел у рулевого весла, а Фарлан с Ольгердом, не переставая, черпали льющуюся с небес в лодку воду. Оторвавшись на миг от работы, он взглянул на белое от бурлящих «барашков» море. Ему часто приходилось видеть подобное, но сейчас, смотря на светлую голову Ольгерда и бескрайнюю ревущую стихию, ему почему-то вспомнилось совсем другая белизна. Тихая и безмолвная, но от этого не менее грозная.

В тот год Ролл Справедливый решил попытать счастья на юге и пощипать побережье империи, но все не заладилось с самого начала.

В поход вышли поздно, потом долго искали вход в реку: ведь путь на юг тогда был в диковинку и надежных проводников не было. Шли наугад, по слухам. Страна вендов встретила чужаков неприветливо, на ближнем волоке даже пришлось пробиваться с боем, а затем вдруг наступили ранние холода. Реки сковало льдом за несколько дней и повалил снег. Пришлось зимовать в этой суровой неприветливой земле. Такой зимы руголандцы никогда до того дня не видели: землю накрыл слой снега по грудь, от мороза трещали стволы деревьев. Накрытые лапником землянки плохо держали тепло, а дичь в лесу словно вымерла. Очень скоро начался голод и цинга.

Местные венды в открытую не нападали, но посланные в одиночку охотники пропадали в лесу и не возвращались, поэтому Ролл приказал выходить из лагеря только группой не меньше троих. Привыкнуть к такому было трудно: никогда не знаешь – то ли ты охотишься, то ли сам дичь.

В памяти Фарлана всплыл тот день, когда их тройка заплутала в лесу. Приближался вечер, повалил снег, и все очевидней становилась реальность ночевки под открытым небом. Двое спешно стали сооружать шалаш, а он, все еще надеясь на чудо, продолжил поиск дороги назад. Может быть, в свете дня он бы так не облажался, но в надвигающихся сумерках заметить ловушку было трудно. Только когда под ногами затрещало и весь мир вокруг полетел кувырком, Фарлан понял, как оплошал.