Месть Империи 2. Боги Севера

Ганьери утвердительно качнул головой, и неизвестно откуда возник мажордом с новой открытой бутылкой вина. Он церемониально наполнил кубок гостя, и Ганьери поднял свой:

– За взаимопонимание!

Однорукий еле заметно кивнул и залил в себя очередной кубок. Филиппо проводил внимательным взглядом последний глоток.

– Нам понятны ваши претензии. Кровная месть – это святое! Но также нам очень важно, чтобы не страдали наши интересы: бойня в городе очень повредит торговле.

Дури хлопнул пустым кубком о стол.

– Мои люди рвутся в бой, и они не понимают, почему город укрывает наших врагов?! – Он дождался, пока слуга вновь наполнит бокал.

 – У нас так повелось: тот, кто помогает твоему врагу, – твой враг! Мы люди простые, нам ваших игрищ не понять.

Филиппо демонстративно вскинул руки:

– Мы никому не помогаем, упаси бог! – Выдержав небольшую паузу, он все же добавил: – Но, повторюсь, мы хотели бы, чтобы смелые воины Руголанда учитывали наши интересы.

Дури сделал приличный глоток и решил заканчивать:

– Если учитывать ваши интересы, то надо ждать, когда туринская галера выйдет из дока, а это расходы.

Ганьери улыбнулся, поняв, куда клонит его гость:

– Ждать не надо – завтра Парастидис выйдет из дока! Делайте что хотите, но только за пределами города. Ну а чтобы вашим воинам было не скучно этой ночью, я прикажу послать вам два бочонка хорошего вина.

Однорукий нахмурился. Он рассчитывал на куш пожирнее, но и того, что венды уходят завтра, тоже не знал. Почесав в раздумье криво выбритый подбородок, Дури кивнул:

– Хорошо, договорились! Завтра мы будем ждать их за стенами, в город не пойдем.

Выходя из ворот дома Ганьери, Дури не мог избавиться от ощущения, что этот скользкий истриниц провел его, как мальчишку. Однорукий считал себя опытным переговорщиком, в клане Ларсенов все договоры поручали заключать ему, и он ни разу не сплоховал. Дури прокрутил разговор еще раз – зацепиться было не за что. Он все сделал правильно, но шестое чувство подсказывало ему – это не так!

–

Длинная каменная коса, на которой стоял город Винсби, с трех сторон омывалась морем.

Южная сторона сходила в море широким песчаным пляжем, на котором и разворачивались ежегодные ярмарки. Если следовать вдоль городской стены вглубь острова, то в одном месте полоса пляжа сжималась, и городскую стену отделяли от моря не больше сотни шагов. В этом месте горожане настелили катки и случае необходимости затаскивали корабли в защищенный стеной городской док.