Месть Империи 3. Горе Побежденным

Икнув, Ольгерд поднял голову, и пляшущее пятно света поплыло вверх, осветив бледное лицо Ираны и ее огромные немигающие глаза.

– Ты чего? – Вздрогнув, парень тряхнул ногой, освобождаясь от второго сапога.

Ирана продолжала не отрываясь смотреть на него. Широкая белая рубаха топорщилась балахоном, скрывая очертания тела, тонкие обнаженные руки сжимали огарок свечи.

– Ты чего? – еще раз зачем-то повторил Ольгерд, уставившись на длинные распущенные волосы, спадающие до самого пояса.

Не отвечая, Ирана присела и поставила свечу в деревянную плошку.

Натянувшееся тонкое полотно вычертило рельефную линию бедер, обозначив обнаженное тело, спрятанное под тканью.

Зажмурившись, Ольгерд отогнал скользнувшую мысль. Это была его женщина, его собственность, с которой он спал бок о бок вот уже пять дней, и ни разу ему даже в голову не пришло овладеть ею. Слишком многое видел он в ее глазах. Иногда, глядя на нее, Ольгерд задавался вопросом: зачем он вообще ее взял и что теперь с ней делать? Не то чтобы он совсем охладел к ней, и она его не возбуждала, нет – просто он не мог смотреть ей в глаза.

Всякий раз, как он натыкался на ее взгляд, у него появлялись мучительные видения – ярость, кровь, огонь и ледяной лик с безжалостным взором.

Ступив на ворс шкуры, Ольгерд отстегнул пояс с мечом, и тот с мягким стуком упал на ложе. Не зная, как вести себя дальше, он остановился и прошептал:

– Что ты делаешь?

Хмельная вялость стремительно исчезала, надрывно забухало в груди сердце.

Вместо ответа Ирана поднялась, оставив желтый огонек у себя за спиной, и одним движением стянула с себя рубаху. Взметнулось черное облако потревоженных волос, и отброшенная одежда приземлилась на пол белым островком. Упругие холмики груди ощетинились затвердевшими сосками и, вскинув голову, девушка отдернула руки, рванувшиеся было прикрыть темный треугольник внизу живота.

– Ирана! – Сорвавшийся голос предательски выдал нарастающее возбуждение.

Взлетели вверх длинные ресницы, огромные глаза стрельнули вызовом, и Ирана опустилась на ложе. Вытянувшись на спине, она раздвинула ноги.

– Возьми меня! – Взгляд темных, как омут, глаз пронзил юношу. – Возьми меня! Я хочу быть твоей!

Ольгерд вздрогнул, прошелестевший голос принес ему совсем другой смысл: «Ты мой! Тебе не спрятаться от меня!» В глубине сознания промелькнул безжалостный голубой лед и белая бесстрастная маска.