Начать Бесконечность

Всё прошло обычно, но в техникуме пьянка уже состоялась с родителями, конечно они были против, но на это закрывали глаза. У мамы слезы на глазах, от того, что я стал взрослым, папа хватался за голову…уже подумывал про свадьбу. После выпускного, начал ощущать взрослые шаги в новую, ответственную, самостоятельную жизнь.

Так получается, что люди уходят из жизни. По трагической случайности не стало бабушки, через два месяца дедушки. Много слез, печали…не люблю такие моменты обсуждать. Нравиться вспоминать и говорить про них какие они запомнились живые, как они на меня повлияли и какая бесконечная память, и гордость осталась перед ними.

Через восемь месяцев предстоял призыв в армию. Мне приходилось, как и всем посещать военкоматы, больницы, комиссии, разные диспансеры, психолога. С этого дня, плюс три года, каждый день думал об армии. Даже после демобилизации ещё полгода мне снились про неё сны. Папа Маши, хоть являлся военным, мне не помогал, но мог. За это и уважал, что я стремлюсь сам, всего добиваться.

Примерно все мы уходили в одно время. Гоша – в октябре, мы с Васей в ноябре, Артему скоро уже получать звание младшего лейтенанта милиции и они с Андреем готовились через год.

Когда военком и его комиссия делали примерное заключение, кто-где будет служить, мы с Васей зашли последними. Встали напротив военного комиссариата, тот говорит: «Так ребята, для Вас двоих остались два разных места службы, первое место – это отдельный батальон милиции под Ленинградом», далее посмотрев на нас сделав грустную паузу, глубоко вздохнув, при всех закурив сигарету, продолжил: «Второй – Афган, Чечня, служба будет вдоль границ, я Вам предлагаю выйти и пять минут подумать, кто куда пойдет».

Подняв голову вверх, смотря на военкома, я начал говорить, но сразу же меня перебил Вася и сказал: «Я Афган, я на границу». Резко у меня пропал дар речи, без движений стоял и смотрел на Васю, он продолжал: «Я хочу служить родине, сам лично хочу, чтоб у меня были уроки трудностей, хочу пройти через это, очень долго мысленно готовился, и много думал, чтоб добровольно самому призваться». Нами это раньше никогда не обговаривалось, и я был ошарашен сказанным Васей, мне не оставалось ничего добавить, как мы вышли.

Эти дни перед проводами Гоши, когда он собирался в армию, проходили особенно интригующими – хотелось больше всего сделать, успеть и попробовать.