Тверской Баскак. Книга 2

– В лесу всадники нам не страшны! – Удовлетворенно хмыкнув, я двинулся на встречу со своими. Сбор здесь недалеко на поляне.

Выхожу к месту встречи и вижу бойцов Соболя. Они все уже здесь, тяжело дыша, переводят дух. Ищу взглядом Калиду и, найдя, выдыхаю с облечением – живой!

Подхожу к нему и стараюсь, чтобы мой голос звучал строго.

– Все целы?!

Тот подтверждающе кивает, и я уже довольно.

– Молодцы!

Тут же из темноты подтягиваются и стрелки Птахи. Последним, на поляну выходит Куранбаса.

«Хорошо, – мысленно одобряю поведение своего друга, – старший до конца прикрывает спины своих бойцов!»

Все в сборе, и я провожу взглядом по лицам стрелков.

– Отлично отстрелялись, парни! Господа рыцари запомнят эту ночь надолго!

В ответ вымазанные сажей физиономии засветились улыбками, а я командую.

– Все, уходим!

***

Остаток ночи двигались на север-запад, затем прошли по воде вдоль реки и только потом перешли ее вброд, на случай если преследовать будут с собаками.

Еду не готовили, так пожевали в сухомятку, запили водой и, выставив дозоры, завалились спать. Я думал вырублюсь на целый день, но не тут-то было. Проснулся, солнце еще в зените, а сна ни в одном глазу.

Ворча, поднялся, прошел к ручью, напился, поплескал на лицо и вернулся. Смотрю из всех бодрствует только эстонец да я.

«У остальных, надо понимать, совесть чиста!» – Иронизирую про себя и присаживаюсь рядом с эстом.

Тот молча ворошит угли в крохотном костерке. Никто из пленников не привязан, но я уверен, они не убегут. Их женщины остались на хуторе под охраной, и что с ними будет, нарушь они договор, было убедительно показано сегодня ночью.

Несколько минут сидим в тишине, а потом эст вдруг спрашивает.

– И что дальше? – Не поворачивая головы, он словно бы и не ко меня обращается. – Когда нас отпустят?

Вместо ответа я сам задаю вопрос.

– Как зовут-то тебя?

– Эйвар. – Эстонец тяжело вздохнул. – Эйвар Сеппа.

– Да не вздыхай ты так! – Растягиваю я рот в улыбке. – Все будет хорошо! Сделаете дело и отпущу!

– Когда?! – Бесцветные глаза, не мигая, уставились на меня.

Вижу, мужик шутить не склонен, и говорю уже по серьезному.

– Это от вас зависит!

В глаза эста по-прежнему висит все тот же вопрос, и я поясняю.